Тайна кратера

Женщины склонили головы и удалились, но на их лицах не было заметно удивления. Когда они ушли, их хозяйка подошла к Вэнсу и спросила:

– Зачем вы хотели меня увидеть?

Если у него и были какие-то сомнения в своих чувствах, то они давно рассеялись. Время и слова были очень ценны, и о риске не стоило и думать.

– Потому что я люблю вас, – ответил он.

Она снова отпрянула назад с изумленным видом.

– О, нет, нет! – пробормотала она. – Это невозможно. Вы не понимаете. Вы не можете.

Вэнс поднялся с дивана, не обращая внимания на возможность быть остановленным.

Он подошел к ней и взял ее за руки.

– Что невозможно? И почему я не могу любить вас? – сказал он. – Вы не из тех, кого трудно любить, и ведь вы не жена другого мужчины?

Она покачала головой, и в ее глазах появилось выражение некого ужаса.

– Разве ты не знаешь, что я дочь Совита? – ответила она.

Вэнса встревожили ее слова, хотя он уже был уверен в ее происхождении и не учитывал этого в своих расчетах. Вряд ли это могло не осложнить задачу, но мысль о полном провале он с самого начала решительно выбросил из головы.

– Я знаю, что поступаю очень самонадеянно, – сказал он, – но я люблю вас, и ваш отец отдаст вас мне. Я не без чина в своей стране – стране столь обширной, что многие тысячи островов, подобных этому, могут быть заключены в ее пределы, и где поток мужчин и женщин в сотне городов течет туда и сюда, как пенные брызги в прибое.

Это старая поговорка, в которой не может быть никаких сомнений, что языки всегда должны преподавать хорошенькие женщины, которые не понимают ни одного языка, кроме того, который им предстоит выучить.

Вэнс чувствовал, что мог бы говорить бесконечно долго в этом духе. Слова больше не замирали, но выражение, медленно проступившее на ее лице, остановило его речь, как внезапный холод. Это был тот же взгляд необъяснимой печали, который он видел сквозь занавески галереи. Она сделала жест головой, как бы прося его замолчать; затем, отняв свои руки от его, где они покоились в кажущейся бессознательности, она отступила назад. Его охватило предчувствие зла, такое, какое иногда посещает сердца людей, предупреждая их о приближающейся беде. Дважды она пыталась заговорить, и наконец ее слова прозвучали с невероятной силой.

– Не мечтайте о таких вещах, – сказала она. – Я уверяю вас – то, о чем вы говорите, совершенно немыслимо и невозможно.

И тут он начал понимать, насколько абсурдно неожиданным было его заявление.