За двадцать минут до полуночи

С громким криком она бросилась в дальний тёмный угол и вся сжалась. Я ошеломлённо уставилась на книгу, которая, упав на пол, начала вращаться, как волчок. Казалось, то тут, то там вспыхивают маленькие молнии, прорезая темноту. Послышался странный треск, будто где-то рядом вспыхнул костёр.

Но я всё-таки смогла взять себя в руки, схватила роман и с силой швырнула его за кассовый стол. Бумага будто гудела, но мне было всё равно. Я хотела быстрее избавиться от этой книги. Папа, конечно, будет в ярости, потому что книга теперь наверняка испорчена.

И не просто книга, а долгожданное продолжение всеми любимой истории, да ещё и подписанное знаменитой Ханной Рудерер… Но если серьёзно, как это можно спокойно продавать? Кому вообще нужна эта жуть?!

Я резко выдохнула и повернулась к Леоне, которая по-прежнему пряталась за книгами о здоровом питании, когда прямо за моей спиной неожиданно раздался оглушительный грохот. Как будто выстрел из винтовки.

Не оглядываясь, я тут же бросилась прочь, схватила подругу за руку и потащила её за собой в самый дальний угол книжного магазина.

Ногти Леоны больно царапали моё плечо. Тесно прижавшись друг к другу и затаив дыхание, мы прислушивались к шорохам за кассой. Кто-то осторожно и медленно шагал по скрипучим старым деревянным половицам.

– О боже, – прошептала Леона мне в ухо. – Ну и что теперь? Может быть, это призрак. Или, ещё хуже, тот старикан с моноклем. Ой, Эмма, а что, если ты была права и он действительно полный псих? Как Джек Потрошитель.

Или даже хуже. Вот ужас! Что, если это он расправился тут со всеми сегодня вечером?

– Да тише ты, – прошипела я. – Не выдумывай. Как бы он это сделал? Тут бы тогда всё было залито кровью.

Да уж, умею я подобрать слова, чтобы утешить. Глаза Леоны стали словно мячики для гольфа, она с трудом сглотнула.

Внезапно раздался хриплый кашель. Кто бы или что бы там ни было, он, она (или вообще оно?) – в общем, крепким здоровьем наш незваный гость похвастаться явно не мог.

На миг мне даже показалось, что человек вот-вот задохнётся. Впрочем, это было бы к лучшему, ведь так мы избавились бы от злоумышленника. Но через несколько минут кашель прекратился, и до нас донёсся голос (звучал он довольно молодо, а значит, вряд ли принадлежал тому старику):

– Как странно. Я представлял себе это немного по-другому. Так-так, и где же она? – Короткая пауза. – Прошу прощения, почему вы прячетесь? Где вы?

Я так и замерла.