Кривая дорога

Серый, не обращая внимания на мудреца, наскоро разделся, сложил пожитки в суму и перекинулся в лохматого волка, чтоб быстрее домчать до деревни, обрадовать жену.

– Направо пойдёшь – битым будешь; налево пойдёшь – жену потеряешь; прямо пойдёшь – голову сложишь, – хихикал старик вслед убегающему зверю, всё больше становясь похожим на сумасшедшего.

Верста 5. Яма

Солнце ленилось даже хмуриться, не то что выглянуть из-за низких туч. Лёгкая морось осторожно перебирала желтеющие листочки на берёзе, выискивая хоть один, что ещё не почуял приближение осени.

Толстый полосатый кот с бандитской рожей прятался под кроной, недовольно чихая всякий раз, когда на нос капала вода. Вода капала часто, зверь распушил изрядно намокшую шерсть, но не уходил: уж очень интересное представление предстало его взору.

Вокруг маленькой аккуратной избушки носился высокий худой мужчина. За ним, периодически останавливаясь, чтобы перевести дух и кинуть в спину смачное ругательство, гналась круглая разрумянившаяся старушка, замахиваясь кухонным полотенцем, как плетью на непослушную лошадь.

Всякий раз, когда старушке становилось тяжело бежать, сероволосый вежливо дожидался продолжения погони в косой сажени[28 - А про косую сажень уже было. См. «Волчью тропу». Если вы помните, что такое косая сажень, всё равно см. «Волчью тропу». Хорошую книжку что ж не перечитать? А вообще это расстояние между кончиками пальцев вытянутой руки и противоположной ей ноги. ] и внимательно выслушивал всё, что думала о нём воительница.

– Неслух! Околотень[29 - Околотень – неслух, дурень.]! Дубина!

– Бабушка Весея, – виновато бубнел Серый, – ну что ты прям так сразу? Неужто так плох?

– Плох, ещё как плох, ащеул[30 - Ащеул – зубоскал.]!

– Да я что? – разводил он руками, – дров наколол, воды натаскал, плетень обновил. Где урезина нашлась?

– Я тебе сейчас расскажу, где урезина! – старушка гневно замахнулась, хоть и достала бы молодцу, в лучшем случае, чуть выше пояса, – ты почто жену обижаешь, нелюдь?

– Я? – опешил Серый.

– А то я, что ли?!

– Я не обижаю…

– Ах, не обижает он! А из-за кого она слёзы лила только вчера ввечеру? Ты, стало быть, гордость свою показал, ушёл, болван, аж на всю ночь и думаешь, что она тебе это так спустит? А ежели она и спустит, я – точно нет!

– Я ж без задней мысли…

– Так и она тебе без задней все уши пообрывает.