Кривая дорога

– Стой! Куда?

Да разве обернёшься на брата, когда самое прекрасное существо на свете глядит нежно прямо на тебя, улыбается, смеётся, зовёт!

Ивар хотел было кинуться, поймать заворожённого за рукав… Да надо ли? Жене от него одно расстройство, мать так вообще перед смертью грозила отречься от запойного пьяницы, всё стерегла Ивара, наказывала не смотреть на старшего, а своей жизнью жить. А своей-то как не было, так и нет. Пили, оболтусы, оба. Но у Ивана хоть жена любящая. А ну как теперь не у него она будет? Ну как красавицу-вдову полюбит, под крыло возьмёт не старший, а младший?

Вот же плясунья-чаровница! Ивар и не заметил, как сам подошёл близёхонько к озерцу.

А дева как была в косой сажени, так и есть. Ручки ломкие тянет, обнять, защитить так и просит и смеётся, смеётся, чертовка!

Да одна ли? Уже не две ли простоволосых, лёгоньких, словно прозрачных, красавицы манят, заманивают непутёвых мужиков? Три? Дюжина?

Да и далеко ли, али уже за спинами и хороводы вокруг водят?

Вода дошла до груди.

А девы смеются.

Пятно луны становится бледнее, тонет.

А девы пляшут.

Свет меркнет.

А девам весело: живое ли, мёртвое… Всё едино – добыча.

Вода сомкнулась над головами, заперла живое на ключ – не выпустит.

А девы всё поют. Для кого бы?

***

Люди! Живые, настоящие, тёплые!

Праздник удался на славу.

Ряженые, разукрашенные, раскрасневшиеся, одни пели, иные подхватывали давно заученные наизусть мелодии; одни сказывали сказки, другие, затаив дыхание, слушали, хоть и знал всякий, что молодец чудовище победит, солнце спасёт да вернёт на небо, а девица-красавица станет ему верной женой.

Иные не слушали и не пели, а знай наворачивали угощение, щедро разложенное у костра. Кто посметливее, у того с утра маковой росинки во рту не было – место, стало быть, берёг. Кто не пузо набить, а повеселиться пришёл, тоже обиженным не остался.

Лето в Озёрном краю провожали шумно: знай, зима, не боимся твоих колючих объятий! Не забудем, что ясно солнышко вернётся на землю, не попустит, чтобы холода лютые людей добрых сгубили!

Праздник завели на окраине деревни – аккурат между харчевней и озерцом.

Справили доброе кострище, чтобы уголья по двору не разбросать ненароком, принесли требу богам, как полагается. Дома бы сейчас последний сноп вязали, Велеса благодарили. А тут – север. Сплошь камни да леса с озёрами. Рожью поле не засеешь. Да и огородов особо не держали, коль земля родить не желала.