Суп из сказок

Пока дракон обливался слезами умиления, Иван (а не такой уж он и дурак!) сверкал пятками где-то впереди.

– Ну чё, герой! – крикнул я, когда мы поравнялись, – гордись! Ты даже дракона достал! В смысле, победил.

И без того величественная осанка дурака стала напоминать бюст правителя небольшого тоталитарного государства. Больше ничем удовлетворения, полученного от ситуации, Иван не выказал.

– Ну всё, – сказал я, – теперь под горку – и пришли!

Прежде, чем я закончил фразу, Иван был наверху. Взобравшись, я увидел, как он удивлённо рассматривает что-то мелкое, круглое и пёстрое.

– Это что ли какада? – ошалело ткнул пальцем Иван.

Я крайне неуверенно кивнул.

– Дык это ж – курица! Тока, кажись, с петушиным хвостом!

– Но-но, не зарывайся! – пригрозил я, (Я эту курицу красил-красил… А он её курицей называет! Это уже, по крайней мере, индивид! Видовое ответвление, если хотите!) – Ты перо оторви – и свободен!

Но Иван меня уже не слушал. Он с серьёзным видом строил курице рожи, называя её гулей.

А когда поймал за клюв, охреневшая от такой наглости птица взбунтовалась и клюнула неудачливого охотника в глаз. Иван взвыл от боли и ударом ноги отправил орнитологическую редкость в бреющий полёт.

Я успел сказать только «мяу!», хотя на языке крутилось несколько гораздо более ёмких эпитетов. Три золотых яйца, на которых сидела горемычная пернатая, выразили всё за меня. Из расколовшейся скорлупы вылетели маленькие бешеные пташки и дурными голосами сообщили Ивану своё мнение о нём, его немеряной силе, неординарной внешности, выдающихся умственных способностях, а также обо всех близких и дальних родственниках по женской линии.

А Иван всё причитал.

Я вздохнул: вот всегда так с этими героями!

Подошёл к совсем не вписывающейся в пейзаж раковине, лежащей у корней векового дуба, хорошенько дунул в неё и деловым фальцетом сообщил:

– Алё, шеф! Запускай сказку, нашёл я тебе героя! Ше-еф? Шеф!!! Тьфу ты, мышина мать! Опять налево попёр, всё б ему песни горланить!

– Ничего и не налево, – послышалось из раковины недовольное мурлыканье, – просто мне тут Ляксандр Сергеич творческое совещание устроил.

Что за герой-то хоть? Правда, что ль перед искушением устоял?

– Ещё как устоял! – с готовностью подтвердил я, – девка твоя наколдованная не устояла, а он устоял!

– А дракона – неужто не испугался?

– Да он его даже не заметил! – заявил я, размышляя, насколько правдив был мой ответ.

На другом конце довольно заурчали.