Йага

Развернул, не выпуская из рук.

Бабка сощурилась, разбирая письмена. Навряд она вообще была грамотной, но печать посадника ни с чем не спутать. И всякому известно, что та печать дозволяла.

– Я и без посаднического спросу почти век колдую, – фыркнула она. Но пальцы мелко задрожали, готовые вцепиться в бумагу.

– Так, стало быть, грамота тебе не нужна?

Он медленно свернул цидулку[1 - Цидулка – маленькая грамота, записка или письмо], обернул верёвочкой и сунул обратно в туес. Старуха проводила её хищным взглядом.

– Стой, милай! – Шумно с усилием проглотила слюну. – Проклятье тяжкое. Сложное. Но помочь табе способ есть. Рассказывай, как прокляли.

Рыжие брови ехидно изломились. Правду говорят люди: на всякий товар найдётся цена. Он невозмутимо закрыл туесок крышкой и расправил нить на груди – не потеряется, даже если вновь случится обернуться чудищем. Протянутая ладонь старой ведьмы так и осталась пустой.

– Ну разве гостя на ночь глядя пытают расспросами? Ты б сначала меня в баньку отвела, накормила-напоила, спать уложила.

Рьян лучезарно улыбнулся ведьме, чьё имя боялись произносить по темноте. Рьяну бояться уже было нечего.

Глава 3

Ведьма

Йага и прежде встречала людей, не совсем же она дикой была! Приходили старики, просили зелья от хворей. Девки захаживали, вздыхали, краснели и шептались с матушкой. Йага наблюдала за ними из девичьего угла али с полатей. Странные они, люди. Сами у леса живут, а с лесом не знаются. Лес ведь без всяких просьб помогает! А они – к ведьме.

Молодцы ходили редко. Йага видала, как охотники ставят силки, как пахари пережидают в роще жару. Но такой, как этот, явился впервые. И уж не зря мудрые боги третий раз за седмицу свели её с пришлецом. Сказать что-то хотят, играют!

Поэтому Йага не просто истопила баню да притащила бадейку с водой. Когда рыжий поговорил с матушкой да отправился мыться, она подкралась к дымовому оконцу, подставила чурбанчик и заглянула.

Белокожий, поджарый, с рисунками на теле – он.

– Долго подсматривать будешь? – Рыжий вывернул на себя ведёрко холодной воды, довольно фыркнул и уселся на скамью, широко расставив ноги. – Интересно, что ли?

Йага улыбнулась.

– Ага. Я сейчас!

Спрыгнула наземь, обернув чурбачок, заскочила в дом, сгребла тряпок из сундука – и лётом во двор.