Аметистовый блин

Уж больно прост в изготовлении был рекламируемый аппарат…

Попутно она узнала, что коллеги Данки в растерянности не побрезговали и милицией. Они дружно отнесли туда заявление о пропаже – и столь же дружно вынесли его оттуда. Им сказали, что молодую активную женщину разыскивать незачем – наверняка потеряла счет времени в чьей-нибудь постели. Поскольку маньяков в том месяце не обнаружилось, а последний выловленный специализировался на мальчиках, коллеги отбыли восвояси.

Еще Майка навестила несколько салонов красоты, с которыми поддерживала дипломатические отношения, поделилась печальной информацией и собрала полезную.

Закончилось все это в ночном баре, откуда, вопреки традиции, она выбралась без Сережиной помощи.

Когда Майка оказалась дома, шел третий час ночи. Время для телефонных звонков неподходящее, и все же телефон, не отключенный на ночь, подал голос. Подумав, что это бывший муж так проявляет волнение и заботу, Майка сняла трубку.

– Это я, – сказал знакомый голос.

– Данка?!?

– Ну!

– Ты где? – воскликнула Майка.

– Не знаю!..

Голос был хоть и Данкин, но несколько жалобный.

– Как это – не знаешь?

– Это совершенно незнакомое место.

– Что за место?

– Контора какая-то. Мебель новая, копм, факс, все дела… И кухня!

– Какая еще кухня?

– Да говорят же тебе – я заперта в каком-то кабинете! – взорвалась Данка. – Я даже в окно выбраться не могу! Посмотрела вниз – так это по меньшей мере десятый этаж!

– Как ты туда попала?

– Понятия не имею! Майка, ты слышишь? Майка, мне страшно… Со мной что-то не то происходит…

– А что ты помнишь?

– Ничего…

– Так не бывает! – убежденно возразила Майка.

 – Пистолет при тебе?

– Знаешь – да…

– Ну так чего же тогда бояться?

Молчание было ответом.

– Данка! Данка! – завопила Майка. – Что там с тобой?

– Мне безумно страшно, – отвечала Данка. – Я не понимаю, что со мной! Майка, я, кажется, сошла с ума! Мне мерещится какая-то чушь!

– Какая именно?

– Мне кажется, будто за мной следит чудовище… Какое-то огненное чудовище со щупальцами и большой красной пастью… Оно разевает ее для меня… А щупальца – с белыми когтями!

– Так, – сказала Майка.

 – Это всем мерещится, кто сидит один в помещении. Дальше!

– Да нет же! Это – как удав и кролик! Оно тащит меня к себе! Оно меня в себя засосало…

Майка онемела.

– А потом выплюнуло? – вдруг сообразив, что в желудке у чудовища телефона нет и быть не может, обрадовалась она.