Нереал

Игорь искренне полагает, что всякий, посягнувший на его жемчужинку-Маргариту, – свинья, и по-своему он прав…

plusquamperfectum – давнопрошедшее время в латинской грамматике. Возможно, это все, что уцелело у Игоря в голове от склонений и спряжений. Применить латынь к постройке казармы мог только Игорь и только с перепугу.

Non scholae, sed vitae discimus – мы учимся не для школы, а для жизни. Игорь имеет в виду юный возраст и странные заявки ролевиков.

Jacta est alea – жребий брошен. Сравнить перепуганного Башарина с Гаем Юлием Цезарем, который произнес эти великолепные слова, собравшись переправляться через Рубикон, мог, конечно, только Игорь!

Dum spiro, spero – пока дышу, надеюсь.

А что еще оставалось бормотать Игорю в такой ситуации???

In nomine Patris, et Filii, et Spiritus Sanctum! – во имя отца, и Сына, и Святого Духа! Очевидно, выучить по-русски «Отче наш» Игорю оказалось слабо…

Festina lente – спеши медленно. Вполне разумная инструкция, вот если бы только она прозвучала по-русски…

Gaudeamus igitur, juvenes dum sumus – будем радоваться вместе, пока мы молоды.

Первые строчки средневекового студенческого гимна. Естественно, иначе выразить свою радость от спасения Игорь физически не мог!

Age quod agis – делай, что делаешь. Выделываться по-латыни под дулом пистолета – это даже для Игоря малость чересчур…

Vox populi – vox dei – глас народа – глас Божий. Очевидно, Игорь действительно считает инкубов народом, хотя на самом деле это племя.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая.

Как я вообще влип во всю эту историю

Кафе было уникальное. Rara avis in terris. Отродясь такого не видывал. И не слыхивал.

Во-первых, мрачное, как декорации в фильме Тарковского. Его окна выходили на бетонный забор, наводящий на мысли о той самой стенке, к которой ставят… Внутри все те полчаса, что я там проторчал, не было ни души – я имею в виду и душу буфетчицы.

Во-вторых, каждые десять секунд за стенкой гремело. И хорошо гремело – хоть уши затыкай.

Это треклятое кафе какой-то умалишенный открыл при тире. А другой умалишенный, то есть я, сидел там и ждал, пока его высочество Александр Четвертый отстреляться изволят. Нет, я не хочу сказать ничего плохого про Александра Четвертого, он и мне предлагал – но я человек сугубо мирный. Мое оружие на сегодняшний день – три фотоаппарата. И, собственно, попал я сюда лишь потому, что мне заказали портрет Александра Четвертого на фоне его загородного особняка.