Человек в исламе

Содержание его жизнедеятельности сводится к различным видам роста: собственно вырастанию, питанию и размножению.

Что касается животного, то у него к этой душе, отвечающей за рост, добавляется ещё и сенсорная система. И потому Имам Али (А) называет животную душу «хиссия», то есть «чувствующая». Животное способно чувствовать, ощущать и тем самым определённым образом ориентироваться в этом мире, передвигаться в нём. Оно уже более свободно по отношению к окружающей среде по сравнению с растением. У высших животных есть также чувственное мышление, построенное по законам ассоциативной памяти.

Например, если получение пищи каждый раз сопровождается звонком, то затем, услышав звонок, животное начинает выделять желудочный сок. То есть произошла ассоциация звонка с приёмом пищи. У человека тоже есть такое мышление, хотя его истинное, чисто человеческое мышление стоит несравненно выше этого и строится по совершенно другим законам, как мы сейчас увидим.

В чём же его специфика? Вернёмся к нашему примеру с деревом.

Вот я вижу перед собой красивое цветущее дерево… Но я не просто вижу его. Кроме того, что я воспринимаю его зелень, его ветви, его кору, – к чему способно и животное, – в моём сознании есть ещё кое-что, чего нет в сознании животного. Я понимаю, что это – дерево. В моём сознании есть не просто вот это конкретное дерево, скажем, дуб, с такими-то конкретными ветвями, формой листвы и т. д. В нём есть ещё и идея дерева как такового, «дерева вообще», с которым я отождествляю вот это конкретное дерево. Давно было замечено, что можно видеть дерево, но нельзя видеть «идею дерева». Ни в одном опыте нам не дано «дерево вообще», «дом вообще», «стул вообще», «человек вообще»… В нашем чувственном опыте мы видим только конкретного человека, конкретное дерево, конкретный дом. В природе не существует такой вещи, как «дерево вообще», абстрактная идея дерева. Там есть конкретные, индивидуальные ёлки, дубы, клёны, берёзы и т. д.

Тут проходит линия принципиального отличия человека от животного, которое не знает подобных абстракций.

Кошка может всю жизнь прожить в каком-то доме, но она никогда не создаст в своём сознании образ «дома вообще», абстрагированного от данных конкретных окон, крыши, стен, мебели и т. д. А потому у неё нет языка, подобного человеческому. Ибо наш язык построен на абстракциях, на идеях. Лишь будучи способными отделить идею дерева от всех конкретных деревьев, мы можем назвать её словом «дерево».