Ваша справедливость мертва

– Да это не служители Кэаль! – Старший кинулся на фей с горящим факелом, не тратя времени на то, чтобы вытащить меч. Карисена увидела, как факел, перерубленный надвое лучом, упал на труп служанки. Её платье и чепец мгновенно занялись огнём.

– Беги! – заорал старший стражник младшему, всё-таки рванув клинок из ножен. И тот побежал. Сверкнули золотистые крылья – пролетев над головой старшего, Арсанта устремилась следом за парнем. А рука Карисены замерла – что-то было не так. Хибри повели себя… как люди?

– Стой! – бессильно прохрипела она, но Рикайя не услышала.

Луч вошёл в горло стражника, и тот беззвучно опрокинулся на спину. Из коридора донёсся крик и оборвался мучительным стоном. У Карисены ещё сильнее заболело в груди, она застонала и выругалась:

– Тхагасса, тхагасса!

– Что случилось? Тебе плохо? – Рикайя поспешила к ней, но молодая Наставница отмахнулась, ткнула дрожащей рукой в мертвеца:

– Проверь его… посмотри!

Рикайя потушила труп служанки с помощью особенного таланта – вызывала воду, когда хотела, – и сожгла останки хибри в золотистом магическом пламени.

Тот уж точно не перекинется на стены.

– Зачем его проверять? – небрежно откликнулась она. – Неужели думаешь, что это человек?

– Боюсь, – еле пошевелила губами Карисена. Из коридора вернулась Арсанта, коротко объявила:

– Уничтожен.

Рикайя, тщательно оглядывавшая стражника с ног до головы, подняла растерянное лицо:

– Он… он и правда человек. Кари… Наставница… это что же теперь, мы Равновесие нарушили не хуже, чем дети Мааль?

– Мы не знали, – испуганно пискнула Арсанта.

 – Мы не знали! Не знали!

«Это моя ответственность. Я же Наставница», – мысли причиняли ещё больше боли, нежели сломанные рёбра. А может, те просто начали заживать. Карисена вздохнула и пробормотала:

– Мей-ди-ора, – и до тех пор держала палочку перед грудью, повторяя эти слова, пока не исцелилась полностью.

Рикайя с Арсантой так и парили в воздухе с опущенными головами, ожидая распоряжений.

– Полетели дальше, – мрачно произнесла Карисена, взмахнув крыльями. – За всё это ответит правитель Танриэн, и горе ему, когда мы, наконец, до него доберёмся!

И соратницы подхватили: «Горе!»

Завернув за угол, они услышали чьи-то стоны; голос был слабый, старческий, и Карисена переглянулась с подругами:

– Танариэн. Это он, и, кажется…

– Умирает, – прошептала Рикайя и устремилась вперёд.