Эра водолея

Вновь находясь в пробке, Алекс включил радио. Один из современных актеров зачитывал строки лорда Альфреда Теннисона:

Закат вдали и первая звезда,

И ясный дальний зов!

И пусть теперь у скал замрет вода;

К отплытью я готов.

Пусть медленно, как сон, растет прилив,

От полноты немой,

Чтобы безбрежность, берег затопив,

Отхлынула домой.

Пусть колокол вечерний мерно бьет,

И мирно дышит бриз,

Когда пройду последний поворот,

Миную темный мыс.

Развеется за мной, как морок дня,

Береговой туман,

Когда мой Лоцман выведет меня

В открытый океан.

– Не плохо, – согласился водитель. – Я так-то не любитель подобного дерьма, но очень даже неплохо. А кто читал-то?

– Джордж Клуни.

– Ааааа – это тот, который в «Одиннадцати друзьях Оушена» снимался?

– Он много где снимался: «Бэтмен и Робин», «Двенадцать друзей Оушена», «Скорая помощь», «От заката до рассвета», «Дети шпионов»…

– Ясно. А к кому мы едем-то?

– К Рону.

– К Рону? – удивился Митч.

 – К Рону Дженкинсу? Ооооо сейчас я оторвусь над этим мелким черномазым.

– Если бы не я, то он ушел или в банду, или стал бы наркодилером, или сел бы за решетку. Последний вариант очевиднее всего. Он же благодаря своим примочкам неоднократно помогал мне. Если бы не Рон – на раскрытие некоторых материалов ушло бы гораздо дольше времени. Я думаю отправить его в университет. Отучится на программиста и найдет нормальную работу.

– Ты прям Санта Клаус.

– Денег у меня хватает, а вот как таковой команды нет.

– У тебя есть психованный брат, который общается с трупаками, мелкий нигер, как я понял рубит в технике… Ну, и конечно, твой непосредственный руководитель, твой наставник, один из самых умных людей города «большого яблока» – Митч Томсон. Прошу без аплодисментов и поклонов.

Фитцжеральд снова засмеялся и в этот момент, казалось, замедлилось время. Он знал, что сейчас произойдёт. Вот уже последние три года после сеансов телепатии у него начинались галлюцинации.

Каждый раз сознание детектива представляло ему очередную яркую реалистичную картину. Год назад при подобном припадке он чуть не убил Милену и сам чудом остался жив.

Сейчас он понимал, что находится не за рулем. Его логический разум противоборствовал с творческим сознанием. Но если Алексу ранее удавалось убедить себя в нереальности происходящего, то в последнее время он останавливался и досматривал всю фантазию потаенных уголков своего мозга до завершения.