Суккуб поневоле

Кейт никогда не любила закрытые пространства. Вероятно, это из-за того, как погибла моя сестра, ее мать. Так вот, Юсихото знал, чего она боится, и ему нравилось наказывать ее за непослушание. Когда я за ней приехал в Японию, она уже сутки провела в ящике размером метр на метр. Я думал, она сойдет с ума, если уже не сошла.

– Но он же хотел ее инициировать. Какой смысл мучить?

– А какой смысл ее насиловать? Он ее целый год насиловал, – Сайлас отвернулся к окну и смотрел вдаль, пока Алиас переваривал новость.

– Подожди, я не понял… – мужчина помотал головой. Если предыдущая информация отдавала махровым садизмом, то эта вообще не лезла ни в какие ворота. Ал чувствовал себя оглушенным, это все никак не хотело доходить до его сознания и восприниматься. – Нам нет нужды насиловать даже тех женщин, которые нас не хотят. Мы же инкубы. Мы можем вызвать желание, если захотим.

– Вот именно, если захотим. Оторн отдал свою дочь сексуальному садисту и знал об этом. И более того, он может это сделать вновь, – мужчина тяжело вздохнул.

 – Она – точная копия моей сестры, и за это он ее ненавидит. А я не хочу, чтобы девочка сошла с ума.

– Я не знал, что среди нас бывают такие… – Ал не мог подобрать цензурного слова, поэтому просто махнул рукой. У него в голове не укладывалось, что инкуб может настолько себя не контролировать. Он ведь мог ее убить во время питания.

– А почему нет? Ты вот тоже жесткий секс предпочитаешь.

– Ты бы не сравнивал, – Катон тут же окрысился.

 – Все, что я делаю происходит по желанию обоих.

– Ладно, извини, – Эффусио поднял ладони вверх, успокаивая инкуба. – В любом случае, единственное, что мы может сделать, это не отдавать ему Кейт. Юсихито давно слетел с нарезки, об этом все знают, просто предпочитают не говорить. Ее никто не защитит, не захочет связываться даже ради суккуба. И наказать по-настоящему его может только Лилит, если он будет приносить мало душ, а мы права не имеем.

– Я ее не отдам в любом случае.

А если будет возможность, и с ним поквитаюсь, – Ал глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Инкуб – насильник. Невиданное дело. Не то, чтобы он не верил, но… это было слишком невероятно. – Теперь о нашем деле. Предлагаю активы разделить между нами поровну.

– Согласен. Тогда ни у одного не будет права решающего голоса. А с тобой мы в любом случае договоримся. Алиас, – Сайлас замялся, не зная, следует ли спрашивать, – как она?

– Не знаю, не могу понять.