Самопознание

Для сущего на кресте, для сущего в пределе отчуждения от жизни, для того, кто прикован к скале на краю земли – для того человек не отличаются от остального мира, но все есть материальные формы.

Индивид не изолирован от внешней среды. Даже в самой общей форме существования жизнь его происходит в мире. Внешний мир, происходящая в мире общая жизнь является предметом его наблюдения. Индивид, переживающий бессмысленность своего существования, и во внешней среде не видит своего, ближнего ему смысла, присущего всем благополучно живущим индивидам.

Недоумение и вопрос его о смысле есть вопрос и о смысле внешнего ему, наблюдаемого им мира. Он смотрит безжизненным, общим взглядом на внешнее сущее и определяет в мысли свое к нему общее отношение. Это отношение, определяемое в мысли, есть смысл, сущность, понятие. Смысл, понятие внешнего сущего как предмета определяется в пределах понятия жизни. Если жизнь бессмысленна, то и все в ней равно бессмысленно. С креста все существующее воспринимается иначе. У существующего на кресте равное отношение к деревьям, камням, индивидам. Это все есть материя. Это его отношение к человеку было даже не обдумано в то время, не сформулировано, не записано. Но оно было пережито и сохранено в памяти.

Размышления о жизни

Судьба так распорядилась, что с 1981 года он стал жить семейной жизнью. Жизнь семейного индивида не менее замкнута, если не более, чем жизнь одиночки. Ни целей, ни интересов не было. Он не нашел еще свое дело, не определился в самом себе, процесс определения был только отложен.

Осознавал бессмысленный круг жизни: работа – чтобы жить, а жизнь – чтобы работать. Работа не приносила удовлетворения, но была лишь обеспечением жизни. Не было дела, которое бы наполнило пустую жизнь смыслом и принесло признание. Он даже не знает еще, в чем его дело для вечности и по склонности души, в чем его способность. Жизнью своей действительной был недоволен. Другая жизнь была для него недоступна вследствие его неспособности к общению. Иногда он остро чувствует и переживает свою неприспособленность к окружающей людской среде. Но не умел и не мог жить другой жизнью. Как и в прежние годы, хотелось измениться, чтобы жить полной жизнью и дышать полной грудью. Снова возникла решимость определиться в себе, понять, что мучает и мешает жить. Действительная жизнь не соответствовала его желанию, наклонности, представлению идеала. Хотелось быть общительным, жить творчески, умственно и иметь признание себя внешней средой.