Красный фундаментализм. Сталинизма больше не будет

Тогда традиционные люди чувствуют себя хорошо, в своей тарелке. Поэтому коммунистическая идея – самая подходящая для традиционного народа. Потому что она объединяла для мирного труда общины, рода, кланы, семьи – все прошлые формы традиционных ячеек. И назвала это объединение народом, чтобы не было обидно другим кланам и традиционной памяти. Не забываем, у каждого народа, селения, семьи, ее главы, у каждого мужчины – свои цели. Поэтому мы все разные. Но нас что-то и объединяет периодически. И только идея, идеология на время может это врожденное человеческое сектантство объединить.

То есть вожди и революционеры. Если надо, то и силой. Так рождались государства и империи.

Последний царь Романов империю уже получил в наследство. Но получил как раз в такой момент, когда крестьян – традиционного населения стало слишком много. Переизбыток. Зерефы хотели земли, но их отправили воевать, то есть труд на время заменили на войну (Столыпин не смог изменить парадигму). Империя не может без войны, собственно поэтому она и империя.

Завоевания давали всегда новую землю.

Однако была уже группа, община, каста, которой война была ни к чему. Революционер потому революционер, что отказывается от традиции. Все интеллигенты, а также горожане мещане теряют связь с малой родиной. Поэтому им земля, участок не нужны. Не нужны и родственники, проживающие на малой родине. Путь революционера достаточно витиеват со стороны традиции. Но, представьте себе, зеремид (первое поколение горожан) и даже ремид (урбанизированная элита) – это такие же традиционные люди, но уже с другой ответственностью.

И нарочитой (во время революции) безответственностью. Потому что они, революционеры должны забрать власть у старой элиты (забрать означает прервать чужую мотивацию жизни). Поэтому они, как бы, не ценят старые ценности, в том числе и свою жизнь. Но все остается стандартно: завести семью и построить дом. До сих пор это актуально (кто не заводит семью, тот мигрант, демократ, либерал, рефаг: все эти люди не имеют корней с родиной, родней, с землей предков).

Но именно солдат из крестьян и матрос из мещан помогали революционеру не ценить свою жизнь де-факто и окончательно. Раз ты не ценишь традицию, значит тебе нет места среди нас. Этот момент, когда из массы победителей после революции формируется новая «крестьянская элита». Революционеры еще попляшут на сцене по инерции. Еще примут массу декретов во имя «трудящихся». Еще повыкрикивают лозунги про «диктатуру пролетариата».