Падающая звезда

Секунду мне кажется, что он ничего не ответит и молча уйдет, оставив меня одну, но он хрипло просит:

– Не шевелись.

Я удивленно моргаю, не уверенная в том, что правильно расслышала его слова. Он начинает медленно наклоняться, и я перестаю дышать, лишь наблюдаю, как его губы приближаются к моим. Чувствую его приятный запах, а затем ощущаю легкий поцелуй на своих губах: нежный, ласковый, волнительный. Теплые губы накрыли мои. Это мимолетное ощущение, секундное помешательство. Но его достаточно.

Казалось, биение моего сердца слышно за километры. Нет толпы, музыки и смеха. Передо мной стоит лишь Квантан. Его невероятный взгляд, потрясающие губы и рука в моей руке.

– Дыши, – шепчет он мне в губы, и я повинуюсь, только в эту секунду осознавая, что мне не хватает воздуха.

– Я вернусь, – обещает он. – Будь здесь, и я найду тебя.

Не в силах вымолвить ни слова, я киваю и отпускаю его. Он медленно, нехотя отходит и быстро пропадает в толпе. Я дрожащими руками прикасаюсь к губам.

«Привет, мой первый поцелуй», – думаю смущенно, и мои губы сами собой растягиваются в счастливой улыбке. Жизнь действительно полна сюрпризов.

Нахожу пустое кресло прямо у камина и сажусь в него.

«Я дождусь тебя», – думаю про себя. Не двинусь с места ни на миллиметр. Буду ждать своего рыцаря.

Глава 3

Мама с хитрой улыбочкой садится на подлокотник моего кресла и спрашивает:

– Ничего не хочешь мне рассказать?

Мне хочется провалиться сквозь землю.

Неужели она это видела? Но я быстро беру себя в руки и, досчитав до трех, без волнения в голосе заявляю:

– Да-да, Софи нравился Валентин, а потом выяснилось, что от нее без ума Габриэль. Узнав об этом, она перестала и думать о Вале. Уже минут десять строит глазки бедному Габу.

У мамы в руке бокал шампанского. Она хмыкает, делает глоток и говорит:

– Я думала, что эта девочка никогда не заметит очевидного.

Я с облегчением выдыхаю: пронесло. Затем смысл ее слов доходит до меня.

– Ты тоже знала, что она нравится Габриэлю?!

– Думаю, это известно всем. Или, постой, для тебя это тоже стало сюрпризом?

Я качаю головой и, откинувшись на спинку кресла, стреляю в нее взглядом.

Она смеется:

– О, Эль, если такие очевидные вещи для тебя тайна, боюсь, ты у меня умом не блещешь.

– Это потому, что я вся в маму, – фыркаю я.

Она улыбается и, приглаживая мои волосы, говорит:

– Сама наивность.