Холодные воды Китежа

Прошло несколько долгих томительных дней перед октябрем, обещающим еще более скверную погоду, но к всеобщему удивлению дожди бесследно исчезли, и сероватое небо лениво осветило холодное красное солнце. Золотые лучи падали на яркую, но неизбежно увядающую и осыпающуюся листву, и было очевидно, что через месяц сырость вернется в двойном объеме. Но хоть бы тут порадоваться. После победы Весты над опекунами на ее душе в кои-то веки воцарился сладостный покой, помогающий сосредоточиться на учебе.

Ева Одинцова – одна из немногих отличниц по числоведению в Чарослове, и она не отказалась помочь, когда Веста подошла к ней третьего декабря после занятий, с этой скромной просьбой.

К своим четырнадцати годам Ева четко усвоила: нельзя никому доверять и открывать свою душу, а для приятелей достаточно будет прохладной вежливой улыбки и осторожного тихого смеха. В то же время забитость и пугливость не помогут завести нужные связи, а с большой вероятностью оттолкнут.

Родителей своих девушка не знала, ее воспитали в Чарослове, и привязываться было совсем не к кому. Это и к лучшему, иначе не выжить среди себе подобных, особенно здесь, где каждый сам за себя.

Но Весте она решила помочь бескорыстно, сама не зная, зачем. Может чисто от зачатков доброты, которую темные маги не имеют за небольшим исключением, а может от того, что уважала запуганную и чистую душой рыжеволосую сироту. Она сделала то, что не решалась еще ни одна ведьма – открыла Защитный Клуб и сделала все возможное, чтобы его не закрыли.

Уважаемые люди могут быть полезны в будущем.

А Холод оказалась способной и понятливой ученицей, ее прежнюю неуспеваемость Ева прагматично объяснила страхом. Под влиянием испуга или тревожности сложно сосредоточиться на сложных предметах, не то, что в спокойном состоянии. Ева прошла через подобное в детстве. Отличницей Весте не стать, но на четверки учиться сможет, и на том спасибо.

Восьмого октября небо стало снова низким и серым, как в прошлом месяце, и слепые окна залило водяным беспросветом.

Заниматься после уроков приходилось при свечах в пустом и темном классе, накладывая на рыжие мерцающие огоньки специальное заклинание – чтобы свет не увидели случайно учителя. По законам Чарослова школьные дополнительные занятия вели только преподаватели, если набирали группы отстающих, но им самим не разрешалось заниматься самоподготовкой.