Ночь, изменившая судьбы

Ночь, изменившая судьбы

Инна Евгеньевна IGE

Никогда не загадывай свое будущее, ведь даже одна ночь способна перевернуть всю жизнь. Случайная встреча, мимолетный разговор, и вот уже нечисть уносит тебя прочь от родного дома. Сможет ли семья и любовь победить ночной кошмар? Принесет ночь погибель или спасение? Узнать это можно лишь с первыми криками петуха.

Рассказ вошел в лонг-лист конкурса "Заколдованные сказки ЛитРес" 2021.

Инна IGE

Ночь, изменившая судьбы

Беременная Маня работала в поле с раннего утра.

Еще пастух не гнал стадо к заливным лугам, а она уже вязала снопы, обласканная теплыми лучами восходящего солнца. Время близилось к полудню, спину ломило, большой живот тянул вниз, но Маня терпела. Лучше это, чем побои свекрови, с первого взгляда невзлюбившую невестку-сироту.

Остановившись на передышку, Маня взглянула на высокое синее небо и яркое летнее солнце. Как так сложилась ее жизнь? Детство она провела в детдоме, терпя издевательства старших ребят, наконец, повзрослев, получила квартиру и столько возможностей для новой жизни.

А она, глупая да наивная, влюбилась до умопомрачения в Степана, красивого, доброго, как ей тогда казалось парня, приехавшего учиться в их город. И вот, сыграв свадьбу, они продали ее квартиру, и приехали в его родную глухую станицу.

“Глупая, глупая, глупая”, корила себя Маня, да деваться было некуда. После приезда в станицу, жизнь ее стало нестерпимой, свекровь покалачивала, Степан погуливал, свекор молча наблюдал.

А сама Маня, тихо плакала в подушку, деваться ей было некуда.

Солнце начало жарить во всю, и Маня с тихим вздохом выпрямилась. Потянувшись, она с нежностью погладила большой живот, единственную радость и надежду в её никчемной жизни.

– Милая моя доченька, потерпи жару еще немного, уж больно не хочется домой, – Маня, знала, что в полдень не следует работать в поле, но обтеревшись влажным полотенцем, она предпочла продолжить, нежели возвращаться в ненавистный дом.

Ощутив глухой удар по голове, Маня осела на землю.

Лежа, она почувствовала начинающиеся схватки, а перед слипающиеся веками увидела прекрасное женское лицо.

– Давненько тут никто правил не нарушал, – над ухом раздался мелодичный, и одновременно властный женский голос, – а если и нарушают, так прячутся от меня в железных машинах. Кто же тебя надоумил, хилая?

– Дочка, – сквозь боль прошептала Маня, – дочка.

– Что? Дочка тебя выгнала, – расхохоталась красивая женщина.