История и баланс событий. Вып. 6

s)

Если кто выловит рыбу из чужого озера, находящегося в его пуще, то должен владельцу озера заплатить за насилие, а нам, великому князю, столько же, а за рыбу столько, сколько пострадавший укажет под присягой, какой ему причинён ущерб в рыбе…

А.Г. Маньков (http://www.lifeofpeople.info/themes/?theme=11.2.16.s), Цены на продукты рыболовства

«В древней Руси рыбу любили и потребляли её в изобилии. В источниках XVI в. находится не менее 35 наименований разновидностей промысловой рыбы, встречавшейся на многих рынках Русского государства.

При этом рыба встречается в разных состояниях обработки: свежая, солёная, сушёная, вяленая и т. д. Немало сведений содержится в тех же источниках о различных сортах рыбной икры, трескового жира и т. д. Вопрос о роли рыболовства в народном хозяйстве XVI в. почти не разработан. Кое-какие сведения общего порядка можно почерпнуть только у Н. Рожкова, И. М. Кулишера и С. В. Бахрушина…

Но монастыри не были единственным потребителем рыбного рынка.

Правда, монастыри покупали дорогие сорта рыбы – сёмгу, белорыбицу, осётра, белугу и т. п. – те виды её, которые даже на севере, несмотря на их изобилие, были дороги в сравнении с хлебом.

В 1576 г. на Холмогорском рынке 1 пуд сёмги стоил 52 д. (деньги. – А.Г.), в то время как 1 пуд ржи – 5 д.

Ещё большее расхождение цен было в средней полосе. В Москве в том же году 1 пуд сёмги стоил 98 д., а 1 пуд ржи в Волоколамске 3 ? д. В 1589 г. Никольский Корельский монастырь продавал сёмгу по 53 д.

за пуд; рожь в это время в Холмогорах стоила 16 д. пуд. В Москве годом раньше сёмга стоила 77 д. пуд, а рожь 8–9 д. пуд. Зато дёшевы были и, несомненно, покупались городским населением менее качественные сорта рыбы: лещ, судак, снетки, ряпуха, окуни и т. д.»

Вопросы к учителю

То есть к 1580 году качественная волжская рыба уже до 30-ти крат превышала цены на хлеб! Что при учёте резкого ухудшения экологической обстановки вокруг городов понятно: например, настало время, когда некогда водившаяся во вполне полноводной Москве-реке стерлядь не выдержала городского прессинга нечистот, а вырубленные окрест леса выгнали с берегов Клязьмы долго держащегося там соболя куда подальше.

А дальше работал алгоритм: «За морем телушка – полушка, да рубль перевоз». Это также понятно.

Но и опять те же вопросы: как именно весьма скоропортящийся продукт в съедобном, т. е.