Ратибор. Кого боялись наши предки

Надо заметить, что глаза у старосты нездорово поблёскивали, явно горя жаждой мщения за все нанесённые его племени обиды и унижения. Тем временем поджидавший чуть поодаль от селения основные силы русов Белогор незамедлительно сообщил Святославу и компании, что варяги начинают потихоньку выползать из жилищ кванси.

– Пора бы, – иронично хмыкнул Мирослав, не спеша обнажив два своих одноручных меча, – полдень уже скоро, как-никак.

– Пустите меня к ним одного, – пробурчал мрачно Ратибор. – Хоть интересно будет, а то я от тоски по славному бою уже на луну вою… Во, дожили, в рифму заговорил… Всё-таки общение с Емелей до добра не доведёт…

– В другой раз как-нибудь, неугомонный ты медвежонок… – улыбнулся Святослав.

 – Сейчас надо всё сделать быстро и тихо…

– Я так и сработаю, уж будь спокоен!

– Насчёт «быстро» не сомневаюсь! А вот насчёт «тихо» не уверен… – поддержал князя Яромир.

– Тьфу на вас! – недовольно сплюнул «медвежонок». – Уж и пошуметь малость нельзя…

– Готовьсь к бою, братцы, – бросил тем временем Святослав своим воинам.

 – Покажем этим северным разбойникам, что они зря сюда заявились!

Глава 4. Варяги

Балтви представляла собой довольно крупную для здешних безлюдных мест деревню на берегу Волокеи в три с половиной десятка юрт – небольших, куполообразных, уютных домиков. Коренного населения насчитывалось человек под семьдесят, не меньше. Варяги чувствовали себя очень вольготно в захваченной ими деревушке, совершенно ничего не опасаясь, и внезапное появление вооружённой до зубов дружины русичей из дремучей чащобы стало для них полнейшей неожиданностью.

Попытка оказать вялое сопротивление была жестоко подавлена; витязи Мирграда не церемонились с викингами, убивая любого, кто держал оружие в руках.

Ратибор всё-таки успел слегка развеять свою тоску по славной зарубе, последовательно уложив четверых противников; на интуитивном уровне, благодаря своему звериному чутью вышел и на самого здорового лиходея, по всей видимости, капитана драккара, разбуженного звуками боя и только-только выскочившего из юрты, в которой он отсыпался.

Полуголый, весь в непонятных татуировках, со взлохмаченной гривой волос цвета каштана, тот не уступал ростом молодому богатырю, но в плечах был поуже и телосложения не такого мощного. Проведя остриём топора по своей обнажённой широкой груди, здоровенный норманн пустил себе кровь и, неистово взревев, бросился на Ратибора. Всего лишь по одному разу взмахнули оружием противники, но больше и не требовалось.