Русские цари кистью датского художника

Всем этим людям предстояло принять самое непосредственное участие в ближайшей истории России в качестве главных действующих лиц, и участвовать в наиболее драматических столкновениях двух ее основных движущих сил – самодержавия и революции.

К сожалению, это предопределило и более чем печальную судьбу персонажей Туксена: все русские участники, изображенные им на картине, погибли насильственной смертью. Все до одного. Одна – причислена к лику святых. Речь идет о Елизавете Федоровне, обьявленной Святой Елизаветой Великомученицей.

Впрочем, все это случилось лишь через много лет после того, как Туксен увековечил их черты своей кистью.

Пока же Лауритцу Туксену как портретисту королевских особ не было равных – и прежде всего в его родной Дании. И в 1892 году выдающийся датский пивовар и меценат Карл Якобсен заказал Туксену картину, которая изображала бы посещение королевской семьей Дании его Глиптотеки – музея и художественного собрания, открытого на личные пожертвования Якобсена.

Королевскую семью пригласили в Глиптотеку специально на открытие двух новых поступлений в нее – заказанных Якобсеном мраморных статуй двух королевских дочерей, Дагмары – царицы Марии Федоровны и принцессы Александры Английской.

На картине должны были быть изображены Христиан IX и королева Луиза – и снова почти со всеми своими родственниками, представлявшими "русское" и "английское" ответвления королевского семейства.

Ради этого Лауритц Туксен специально отказался от поездки во Францию, которую запланировал, и остался в Копенгагене, дожидаясь прибытия туда августейших родственников Христиана IX.

Однако сам визит коронованных особ в Глиптотеку был скоротечен – они просто пришли в нее, пробыли около двух часов, и, восхищенные тем, как скульпторы передали черты королевских дочерей на мраморных изваяниях, покинули залы Глиптотеки.

В этот момент Карл Якобсен понял, как же хорошо получилось, что он заказал эту картину именно Туксену – художник до этого в течение продолжительных сеансов рисовал Александру в Англии, а Марию Федоровну в России, и, несмотря на краткость их пребывания в собственно Глиптотеке, сумел с полной достоверностью передать характерные черты их облика, которые, может быть, и не дались бы другому мастеру, который бы увидел их только в Глиптотеке.