Дочь полка. Часть 3

Рядом с медпунктом, на месте жилья медсестёр и Кати, лежали страшные, почерневшие обломки, от которых в небо улетал белый дым. Усталость на лицах бойцов в один миг сменили ужас и ярость. Медсёстры первыми с криками вырвались из толпы и побежали к месту своей бывшей землянки:

– Ой мамочки! – согнулась и закрыла рот руками Горнеева. – Что же это делается?! Зоя!

Мамонтова долго стояла в растерянности. Она медленно стянула с себя шапку, сделала шаг назад и понеслась в сторону медпункта. Но добраться не успела. Оттуда поднялась Маренко.

Она подбежала к подруге и обняла её:

– Мы живы, Зой! – успокаивала подругу Алёна. – Мы все живы! Всё хорошо! Мы живы!

К месту событий стали подтягиваться и бойцы. Александр и Сорокин тоже поспешно туда направились:

– Это как могло сюда? – бормотал в шоке Сорокин. – Как так прилетело?

Командир огляделся и увидел Максима Рубцова, который уже снял свой белый запачканный фартук и направился к остальным. Александр остановился:

– Рубцов! – позвал повара к себе он.

 – Иди сюда!

Максим обернулся и поспешил к Резанцеву:

– Товарищ командир, – отдал честь он.

– Что тут произошло, боец? – приступил сразу к делу Александр.

– Снаряд прилетел, товарищ командир, – отвечал Максим.

– Пострадавших, я так понимаю, нет? – спросил Резанцев.

Рубцов вздохнул и увёл взгляд в сторону. Резанцеву это уже не нравилось. Если Максим не ответил сразу и замолчал, то что-то произошло. Пострадавшие всё-таки есть:

– Кто? – спросил он.

– Катю задело, – тихо сказал повар.

Внутри Резанцева всё похолодело. Он знал, какого масштаба бывают взрывы. Прекрасно знал. И этот был не исключением. От землянки ничего не осталось. А что с человеком живым произойдёт?

– Снаряд не успел разорваться, – быстро уточнил повар, видя застывшие лица командира и Сорокина. – Катя с Пулей выбежали, и он рванул. Но отбежать не смогли далеко, вот их и отбросило.

– И что с ней? – опередил с вопросом Александра Иван. – Сильно её?

– Голову разбила, – ответил Рубцов.

 – Я её сразу подхватил и в медпункт. Мария Фёдоровна сказала, что жить будет, оклемается. А так, другие не пострадали. Пуля тоже цела.

– Спасибо, свободен, – отпустил бойца Резанцев.

Рубцов отдал честь и поспешил к товарищам. Сорокин посмотрел на друга:

– Что делать будем, Сань?

Александр смотрел на обломки, на месте которых только вчера была целёхонькая землянка. Как же так? Как это могло случиться? Тут же лагерь, хоть какая-то безопасность.