Закон Голема

Гедеону это известно, как известно и то, что магистр в любой момент может уничтожить его, Гедеона, отдав приказ Голему, и тогда посредством Голема магистр становится полновластным хозяином Мира. Зная это, и зная магистра, Гедеон приставил к нему соглядатаев, тайную стражу, которая мгновенно уничтожит магистра, если что-либо случится с ним, с Гедеоном. Магистру это известно, и потому Голем имеет приказ магистра охранять Гедеона. Эта картина отражает механизм власти, её тайные пружины, систему сдержек и противовесов.

Так было, есть и будет всегда. У вас вопрос? Пожалуйста.

– Профессор, а что будет, если тайная стража узнает о взаимоотношениях этих троих.

– Хороший вопрос! Это будет означать слом механизма сдержек и противовесов, и тогда надо ожидать переворота! Во власти всегда так! Тема «Власть» – интереснейшая тема, но мы рассмотрим её на следующем занятии.

Я дал вам эту картину и ремарку к ней, чтобы вы могли поразмышлять в преддверии нашего занятия. А пока вернемся к «Закону Голема».

Голограмма за спиной профессора растаяла в воздухе.

– Автором «Закона Голема» является русский ученый позднесоветского периода по фамилии Баш. Вообще-то профессор Баш занимался исследованием темы расселения евреев, тема непростая и смыкается она естественным образом с темой мирового еврейства, ну и где-то с темой сионизма.

То было время идеологического противостояния СССР и Мирового коммунистического движения со странами Запада. Несмотря на то, что в 1975 году СССР всё же удалось продавить в ООН резолюцию Генеральной Ассамблеи, приравнивающую сионизм к разновидности расизма, ученых вроде Баша в СССР не очень жаловали, вероятно, по причинам морально-классовым.

Всё дело в том, что такого единого и всем понятного ныне термина как общечеловеческая мораль в те времена не существовало. Была мораль классовая – коммунистическая, национально – кассовая – американская, наднационально – кассовая – европейская, кланово-племенная – азиатская и много других вроде каиновой или вовсе экзотической – блэклайфпопсовой – негроидной и так далее. Государственные пропагандистские машины стремились либо подогнать результаты теоретических изысканий в историко-идеологической сфере под удобные им клише, либо всучить исследователям свои лекала. Профессор Баш отверг все лекала и клише, что для того времени было действом не только смелым, но и до некоторой степени опасным, не остановился, не опустил руки и всё же подарил миру свой закон.