Малышка для зверя

Задыхаются, кашляют, плачут, потому что боятся всего этого чертового ужаса! Ванечка уже третий день на улицу не выходит, в кладовке прячется, ушки ладошками закрывает и плачет. Так горько, что никто успокоить не может.

Да и где малышам гулять? По сути, больше негде… Сад изуродован. Цветы завяли, а на деревьях километровый слой пыли!

Вдох, выдох…

Вдох, выдох…

Пытаюсь успокоиться. Глаза увлажнились горькими слезами.

Эти твари совсем обнаглели. Сегодня уже чересчур близко подобрались к нашему дому.

Огромный забор, обтянутый колючей проволокой у верхних границ, который они строили в первую очередь, уверенно двигался в нашу сторону. Я буквально задыхалась от бессилия, понимая, что нам со дня на день предстоит вынести. В деревне остались только мы – обездоленные сироты. Прежние дома снесли. Соседи, получив свои копейки, разъехались. А мы… наш дом бездушные изверги оставили на десерт, так как приют находился на самой окраине села, в шаге от соснового бора.

Неожиданно, в дверь постучали.

Смахнув слезы с бледных щёк, я выдавила улыбку через силу. Не хотелось, чтобы дети расстраивались, глядя на меня. Если честно, сегодня из меня получилась плохая актриса.

– Анастасия Николаевна, к вам можно? – в дверном проёме показалась Светлана, наша нянечка.

– Свет, ну сколько можно? Настя… просто Настя. Мне всего-то двадцать три, а ты уже меня будто в старые девы записала.

– Заведующая, как-никак. Не привыкну всё, – Светлана мило улыбнулась и подошла к окну. – Ну что там? Какая-то вы… то есть ты взвинченная сегодня, случилось чего?

– Что-то неспокойно на душе, – я честно призналась, положив ладонь на грудь, с ненавистью глядя на то, как мерзавцы в грязно-оранжевых комбинезонах топчутся по нашим насаждениям.

– Это из-за строительства?

– Наверно, – утвердительно кивнула. – Нет, ну ты посмотри, насколько близко уже подрыли! В шаге от нашего палисадника.

– Ох, да, – нянечка тяжело выдохнула. – А ещё эта пыль проклятая, шум бульдозеров, тракторов, перфораторов… Слушай, а ты выяснила, кто хозяин всего этого ада окаянного?

– Да.

Некий Константин Зверев.

– Ого! Ну и фамилия. Прям как у гангстера какого. Сама за себя говорит. Ну точно зверь! Выкупить все к чертовой матери и сельчан разогнать. Бандюган самый настоящий. Зачем ему только эта местность понадобилась? До цивилизации тут так далеко, как нам с вами до полноценного ремонта.

– Чёрт его знает, Света. У богатых свои тараканы.