По следам Анубиса

– Но это ведь уже не отшельничество, а целое поселение людей.

Гид немного задумался, подбирая слова, и ответил:

– Да. Но эти люди уходят от мира. В этом случае слово мир – это страсти, суета, погоня за удовольствиями. А монахи объединены другой целью, духовной. Однако убежать в пустыню из-за того, что потерпел неудачу, и обрести покой в монастыре не получится. Антоний Великий говорил так: «Если ты в миру не смог ужиться с людьми, то потом ты не сможешь справиться с одиночеством».

Но вот молитва закончилась. Теперь мы могли спокойно зайти в это уникальное природное жилище святого. Нам пришлось протискиваться через длинный узкий тоннель, где всем стало немного не по себе. Я подумал, что, ежедневно двигаясь по узкому лазу, невольно почувствуешь себя умирающим и рождающимся каждый день. Мы добрались до кельи. Внутри никакого освещения не было. Единственным источником света стал чей-то маленький карманный фонарь. Но гид попросил его выключить и прочитать молитву, а затем посидеть в тишине и подумать о том, чему посвятил свою жизнь этот святой.

«Кто в пустыне в своей келье предается тишине, тот неуязвим для трех искушений: слуховых, речевых и зрительных; лишь одна борьба предстоит ему: борьба с чувственностью».

    (Антоний Великий)

Некоторое время мы сидели в полной темноте. Поначалу было трудно представить, как человек мог проводить столько времени в таком неуютном и даже суровом месте.

Но затем возникло четкое ощущение и понимание, что здесь действительно можно продуктивно исследовать себя. Это место отшельник выбрал неслучайно: что-то неуловимое вносило покой в душу и позволяло забыть о мирской суете.

Когда мы покинули пещеру, кто-то из группы воскликнул: «Как будто заново родился!» Наш гид, услышав это, ответил словами святого Антония: «Ежедневно умирай, чтоб жить вечно: потому что боящийся Бога жив будет во веки».

Покинув пещеру Антония Великого, мы направились в монастырь, расположенный у подножия горы. Здесь нас встретил монах Руис, который должен был провести экскурсию по территории обители. Этот седобородый человек сразу вызвал нашу симпатию. В свои преклонные годы он обладал такой внутренней силой, светлой мудростью и чувством юмора, что хотелось попроситься к нему в ученики. Руис рассказывал нам об истории на отличном английском языке.