Школа прошлой жизни

Это я себя убеждала, что ему интересно, а весь его интерес или то, что я за него приняла, вообще мог быть только к моей персоне. Потому что я сразу сказала, что я не преподаватель, что выросла в стране с куда более свободными нравами, что я не маг, и он мог сделать вывод, что свое пребывание на посту директора он может скрасить с моей помощью.

А еще он оживился, когда речь зашла о погибшей студентке. Может быть, Лэнгли – газетчик? Такой новости, пока Школа отрезана от мира, хватит газетам до самой весны.

Нэн объясняла: «Голова тяжелеет, из нее уходят все мысли, одна за одной, одна за одной, голова словно гаснет, как пламя в камине, затихает, затухает…» Сколько она ни учила меня концентрации, достижений у меня было не больше, чем у студенток.

«Ноги расслаблены и тяжелеют… им тепло… жарко…»

Мне стоило проговорить то, о чем я умолчала с Нэн. Ту мысль, которая постоянно меня сбивала. Этому меня тоже учила Нэн – одна из основ концентрации: найти то, что мешает, ясно и четко выразить это словами.

Итак?..

Мне кажется подозрительным Лэнгли из-за его красоты и потому, что Совет поступил неосмотрительно. Нэн это легко объяснила. Я могу также добавить, что именно Школа сейчас не только хорошее убежище для тех, кто хочет скрыться, но и для тех, кого хотят скрыть.

Есть ли еще что-то, почему Лэнгли меня насторожил?

Да. Он ничего не узнал о Школе. Но это мое впечатление, потому что он задавал мне вопросы.

Еще?

Я начала с ним откровенничать. Что я могла объяснить – и очень поспешно сделала: я хотела оправдаться. На всякий случай. Чтобы он не счел меня к чему-то причастной. Потому что мне нужна эта работа, потому что мое увольнение будет пятном в моем послужном списке, потому что получится, что я не только не получила опыт, но еще и испортила себе репутацию.

Я выдохнула. Прислушалась к себе: казалось, что все должно было исчезнуть, но нет, голова еще не была свободна настолько, чтобы заснуть.

Как я позавидовала Нэн и ее силе! Но это магический дар. Зависть ничему не поможет, только может накалить отношения.

Лэнгли, вернулась я к своей начавшей болеть голове. И мне захотелось опять разбудить Нэн и высказать ей все, что думаю о концентрации как об учении магии.