Город Бессмертных. Трилогия

По всему выходило, что коридор «семь-най» в скором времени станет местом памяти. Лисси почувствовала его настроение и прошептала:

– Не волнуйся! Все будет хорошо… Надежда есть всегда!

– Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! – горячо вдруг воскликнул Эннареон. – Не хочу, слышишь?

– Слышу… – девушка нежно прикоснулась губами ко лбу эльфа. – Я всегда буду с тобой, Эн. Что бы ни произошло!

– Обещаешь? – как-то совсем по-детски спросил он, прижав Лисси к себе.

– Угу, – не сдержала улыбки та.

Неожиданно, где-то совсем недалеко раздался мощный удар, такой, что гора задрожала. Друзья в замешательстве переглянулись.

– Мои сородичи обрушили ходы, – бесцветным голосом проговорил Тангор.

– Значит, дела совсем плохи, – вздохнул Эннареон.

В дальнем конце коридора вновь раздался шум приближающегося отряда.

"Началось"! – подумал эльф, выхватывая меч из ножен.

Лисси повторила его движение так грациозно и стремительно, что он невольно залюбовался девушкой.

– Это румхирцы! – кивнул он гному.

Маленький отряд воспрял духом, но Тангор сказал мрачно:

– Если так, то это отступление, а то и бегство.

Через несколько минут в сумраке коридора уже можно было разглядеть первые шеренги. Гномы шли не в ногу, спотыкаясь и прихрамывая, иногда хватаясь за стены. Шли молча.

– Не поют, – прокомментировал Тангор, – а значит, идут побежденные.

– Не стонут, – возразил эльф, – а значит, дух еще крепок.

Армия Румхира медленно, но верно приближалась, звеня оружием и доспехами. Топот доброй тысячи ног эхом отдавался в "семь-най".

– Как идет битва, собратья? – звучно спросил Тангор, выйдя в центр коридора.

Несколько бойцов, забрызганных кровью и покрытых горной пылью повернулись к гному. Кто-то бросил всего одно слово, которым было сказано все:

– Отступаем.

– Почему отступаем, Троар вас забери? – взорвался Тангор. – Где командование? Где Кантад? Где его помощники?! Асмир? Керсан?!

Никто не ответил. Строй гномов медленно и угрюмо двигался дальше. Тангор в бешенстве дернул себя за бороду:

– Где…

Внезапно он осекся, увидев, как несколько воинов несут грубо сколоченные носилки. На них, вымазанный кровью с ног до головы, лежал военачальник Румхира.