Одержимый

– Ну тогда на посошок! – протянул рюмку другу Александр Александрович. – На огурчик и сала кусочек. Ванька, понюхай, как сальце пахнет… М-м-м… Смак!

Иван выпил, закусил предложенным огурцом и кусочком сала, кивнул головой, ничего не говоря, открыл дверь и шагнул за порог.

В гараже воцарилась тишина. Ее прервал шебутной Антоха:

– Что-то Иван какой-то сегодня не такой! Раньше мужик как мужик был, а теперь…

– Лучше помолчи! – прервал его Александрович, потянув собутыльника за козырек кепки.

 – Что ты о нем знаешь? Если бы знал, что мы творили с ним по молодости, то сидел бы сейчас и сопел в две дырочки. Наливай лучше… Единственное, что у тебя хорошее есть, так это рука легкая, так что знай выполняй свои обязанности.

Антоха обиженно шмыгнул носом, потянулся к бутылке, в которой оставалось еще достаточно водки. И в этот момент, казалось, совсем рядом раздался страшный крик. Антоха испуганно посмотрел на Александровича. Тот настороженно привстал со своего места.

– Что это? – тихо спросил он и, не дожидаясь ответа, сделал шаг к двери. – Кажется, это Иван кричал.

– И мне так показалось, – так же тихо ответил Антоха.

– Идем посмотрим, что там происходит! – Александр Александрович развернулся и взял в руки лежавшую на верстаке монтировку. И приказал Антохе: – А ты захвати фонарь, он в шкафчике лежит.

И тут снова раздался страшный крик. У Александровича волосы зашевелились на затылке. А протрезвевший Антоха не мог удержать в руках фонарь.

Луч света бегал по стенам и потолку гаража.

– Дай сюда! – вырвал из его рук фонарь собутыльник. – Иди за мной.

За воротами было светло. Полная луна хорошо освещала дорогу среди гаражей. Александрович сначала шел быстрым шагом, а затем перешел на легкий бег. Отстав от него на несколько шагов, семенил Антоха. Метров через тридцать дорога поворачивала вправо, за гаражами начиналась парковая зона. И там, в тени деревьев, происходило что-то страшное. Разглядеть это было трудно.

Лишь только злобное рычание в ночной тишине неизвестного зверя, который кого-то терзал. Перепуганный Александр Александрович направил луч фонаря в сторону звуков. В свете фонаря он разглядел лежащего на земле человека. Голова его была неестественно повернута набок. А над ним склонился огромный пес. Его уши настороженно ловили каждый звук, глаза в свете фонаря горели двумя зелеными огоньками. Пес скалился окровавленной пастью и глухо рычал.