Катарсис. Авторская версия

– Холодно, – пояснил он свои действия.

Сатин ничего не ответила. Такое поведение показалось Тейто странным. Хотя, с Сатин нормально вообще никогда не было.

Посреди ночи он проснулся от боли в паху. Стояк был болезненный и упирался прямо в ягодицы Сатин. Тейто открыл глаза и подумал: а какого, скажите на милость, он так мучается? Сатин, кажется, спала. Она не расплела свои длинные волосы и теперь они выбивались отдельными прядями из ее «колоска» и щекотали ему нос. Такая теплая, мягкая и так близко… Он чувствовал аромат ее тела.

Чувствовал слабый запах розового мыла, которое она всегда любила покупать. Наверное, после тренировки она мылась именно этим мылом. Тейто прижался носом к ее затылку и вдохнул аромат ее волос. Губы прикоснулись к ее шее сами собой. Рука на животе заползла под рубашку и начала поглаживать нежную кожу вокруг пупка. Он сейчас кончит. Однозначно. Пальцы поползли вверх, к ее груди. Соски. Они напряжены. Он погладил их, погладил ее грудь, несильно сжал ее в ладони. Движение бедрами. Он терся о нее своим стояком. Сейчас застонет. Рука поползла под резинку ее штанов. Сатин явно проснулась. Она начала прерывисто дышать, и Тейто понял, что сегодня его день! Волоски на лобке. Шелковистые. Складки межу ног. Мама дорогая! Да она вся мокрая!!! Тейто стал ласкать ее пальцами. Сатин с шумом втянула в себя воздух. Его губы нежно касались ее шеи у кромки волос на затылке. Он сейчас определенно кончит. Без входа у него таких абзацев еще не было. Ну давай… Поверни голову и поцелуй! Почему ты ничего не делаешь? Нравится издеваться над ним?

Пальцы с силой сжали ее клитор.

Сатин с шумом вдохнула и дернулась. Он раскрыл ее складки и стал гладить интенсивнее. Он буквально мастурбировал о ее ягодицы. Ну, поверни голову… Поверни голову и поцелуй! Терпения ждать не осталось. Он привстал и резко опрокинул ее на спину, нависая сверху. И вдруг всхлип! Она всхлипнула и прижала ладони к лицу. Сатин ревела. Сатин рыдала, лежа под ним.

Тейто быстро встал и поправил штаны.

Быстро обулся и так же быстро свалил из ее комнаты. В жопу ее. В задницу все! Столько лет говна! Она идиотка! Чего рыдать? Чего мяться, когда сама вот-вот кончишь? Да она так промокла, что белье пора было менять! Что она о себе возомнила?

– Пошла ты на хрен! – в сердцах прошептал Тейто и ускорил шаг.

***

– Еще рано для родов! Тридцать шесть недель!

– Вы рожаете, Харди. С ребенком все будет хорошо, не волнуйтесь!

– Папа!!! – начала вопить она.