Городские легенды: Я думал, это будет смешно

Примерно с полминуты там что-то грузилось, подключалось, авторизовалось, и вот, о чудо, я вижу собственную гостиную. Пустую. Только Джек дремлет на диване, свернувшись калачиком. Камера захватывает часть кухни, в которую переходит наша самая большая комната, но и там пусто. Дверь в спальню закрыта, свет везде выключен, значит, дома точно никого нет. Учитывая, что мохнатый засранец ещё не принялся от скуки разносить квартиру, ушла Олеся не так давно.

Вообще, наблюдать за своим пустующим домом по веб-камере – занятие довольно любопытное.

Не покидает чувство, что вот-вот, ещё немного, и начнут сами двигаться стулья, открываться ящики, и какая-нибудь ваза обязательно упадёт на пол, нахально разлетевшись на куски. Конечно, ничего такого не происходит, а ты просто сидишь и пялишься, как дурак, на пустую комнату и спящую собаку.

Только вот… пол.

Я вгляделся, увеличил картинку и слегка удивился. Хотя нет, не слегка. Почти вся гостиная от прихожей и до конца дивана была застелена прозрачной полиэтиленовой плёнкой.

Странно и без сколько-нибудь логичного объяснения.

Я свернул картинку с комнатой и ткнул пальцем в зелёный значок мессенджера.

«Ку-ку, котёнок, чем занимаешься?»

Сообщение доставлено и сразу прочитано.

Я вижу, как она что-то пишет в ответ, потом стирает. Снова пишет и снова стирает. Наконец приходит ответ.

«Устала, сидим с Джеком, скучаем по тебе»

Два смайлика с грустными рожицами.

Ложь неприятно резанула по глазам.

Я снова развернул приложение и уставился на пустую квартиру.

Но вот Джек вскинул голову и гавкнул в сторону прихожей. Точнее, я видел, что он гавкнул, микрофон в камере был двухсторонний, и я пока почему-то не решался его включать. Там загорелся свет, Джек соскочил с дивана и помчался встречать маму.

Олеся показалась в проёме небольшого коридора, выходящего сразу в гостиную. На ней было синее приталенное коротенькое платьице, фривольно открывающее ноги сильно выше колена.

 За продуктами в таком виде было бы ходить очень странно.

Она присела и чмокнула собаку в нос. Потом встала, повернулась ко мне спиной, и я увидел мужские руки, обнимающие её за талию. Ладони скользнули ниже и самым наглым образом сжали задницу моей любимой жены.

Меня бросило в жар. Я видел перед собой то, чего вообще не могло быть. Никогда. Я знал свою жену. Я знал, что она любит меня по-настоящему.