Ферзь

Циферблат был почти естественным: те же римские цифры, идущие в правильной очередности, те же три стрелки, верные своему направлению. Но было и кое-что необычное. Под циферблатом не виднелось самого механизма, казалось, стрелки и цифры буквально плавали в рамках корпуса, словно укроп, что только попал в тарелку супа.

Мужчина выставил на часах «24:00», нажал на основание всех стрелочек, закрыл крышку и подбросил механизм в воздух. Через пару секунд часы распахнулись, разбрызгали искры, а за ними и солнечные, песочные реки, которые заплывали в каждый дом, где спало хоть одно живое существо.

Рядом с такими спящими и собирались желтые облака, что парили вокруг здания, будто пчелы над ульем.

Тем временем, когда весь сыпучий материал разошелся по живым уголкам, ночные улицы озарились красками. Каждое облако начало превращаться, менять форму, обличие под своего владельца, казалось, развивало собственную жизнь.

Джентльмен видел идеи и мечты, радость и разочарование, надежды и страхи в этой парящей вате.

Он видел настоящие эмоции. Видел все, что тайно хранят в себе люди. Такое ни с чем нельзя было сравнить.

Своим чередом сюжеты, в общем, как и ночь, подходили к концу, а вместе с ними и работа джентльмена, который уже набирал на циферблате «00:00» и готовился к обратной процедуре.

Еще несколько махинаций позволили вобрать весь сыпучий материал обратно в механизм прямо перед началом рассвета.

И вот ночь полностью отступила. Незнакомец выставил на часах естественное время и снова проделал обыденную забаву.

После, упавшие в руки часы, переместили и его.

Он очутился в маленькой уютной комнате, больше похожей на деловой кабинет, дверь которого выходила в коридор, что тянулся по обе стороны в бесконечность. Где-то этот извилистый проводник сего мира удлинялся, где-то сужался, где-то вообще менял привычную угловую форму. Кроме того, через каждые несколько метров в этом коридоре располагались разного размера и формы двери, они были прямыми или перевернутыми, скрывали в себе много тайн, а вместо глазка имели самый настоящий глаз, не только человеческий.

Также по обе стороны пути расстилалась железная дорога, парила, извивалась, шла без конца между дверьми.

Вдобавок была и маленькая вагонетка, что парила над рельсами, а внутри обшитая бархатом. Поверх бархата, на лицевой стенке крепился старинный циферблат с миниатюрным отверстием, как в часах с кукушкой. Места же хватило бы на пару десятков различных обитателей.