Треск Цепей I: Отражение

Спустя почти сотню ударов сердца, убрав лук в чехол и взяв в руки катары, Мар бросился в первую, пробную атаку. Стальные когти ударили в вытянутую руку, изрубили скрученные пальцы, изувечили кисть мертвеца. Зверолюд проскользнул мимо, ударил второй лапой в лицо монстра, снося начисто его нижнюю челюсть и заставляя язык болтаться вдоль горла короткой мясной лентой.

С треском сломалась стрела, удерживающая вторую руку мертвеца. Но зверолюд уже вышел из опасной зоны, разорвал дистанцию, спасая собственную жизнь.

Затем последовала новая атака и ещё одна, и ещё. Через минуту руки умертвия были изрублены и больше не поднимались, голова завалилась на бок, одна из ног постоянно подводила его и заставляла падать на колено. Но даже в таком жалком состоянии этот кусок мяса продолжал преследовать Мара. А его отрубленные пальцы шевелились в грязи, даже не думая успокаиваться.

Мар не желал отступать, несмотря на то, что грудь его ритмично вздымалась, а бока под одеждой были покрыты липким потом.

Но судьба распорядилась иначе. Чувствительные звериные уши уловили посторонние звуки, Мар отскочил, развернулся и увидел, как один за другим поднимаются его братья. А за их спинами, до самого поворота тракта, сокрытого деревьями, виднелись разрозненные шатающиеся фигуры людей.

Увиденное заставило зверолюда зашипеть, а затем броситься прочь, в лес.

На ходу убирая оружие и расстёгивая застёжки на ремнях одежды, Мар упал на четыре лапы и углубился в чащу. Ему нужно было предупредить дом Мягкой Лапы до того, как у его порога встанут мертвецы.

Это было важнее мести за братьев…

***

Три года спустя

Обломки моста…

Мутная река…

Грязь…

Здесь было спокойно. Из шума лишь журчание неспокойной реки и скрип уродливых, кривых деревьев. Берег землистый, размытый до состояния вязкой жижи и крутой. Наступи на такой, и высока вероятность, что улетишь в не менее грязную реку.

Над всем этим «великолепием» простёрся кусок выложенного из грубых камней моста.

Остальное давно кануло в воду, но зубастый, обломанный по краю сегмент всё ещё торчал над рекой, отбрасывая тень на её мутные воды.

– Кр-р-р-ак!!!

Относительная тишина этого места была разрушена в мгновение ока. Сначала затрещал сам воздух, разбрасывая просачивающиеся лучи света и электрические искры. Реальность вспучивалась мыльным пузырём. Камень становился похож на жидкий, кипящий пластилин, иззубренный край моста начал плавиться и утекать в реку.