Обознатушки. История одной избирательной кампании

Странный тип в пыльных ботинках, в мятой шляпе почти как у охотника на привале и в легкомысленно развевающемся буром плаще быстрым шагом прошел через Спасские ворота и, встреченный референтом, беззаботно двинулся дальше толстостенными кремлевскими коридорами, что овеяны государственной тишиной.

Так, в шляпе и плаще, Козлов уселся перед небожителем, будто заглянул к соседу пивка дернуть.

– Шайтанск? – спросил он полированную лысину, сияющую напротив.

Вольфрамыч поднял голову от стола и подтвердил:

– Шайтанск.

– Зачем? – не вынимая рук из карманов, безучастно продолжал Козлов.

– Кто подогревает Повидлова? – задал ответный вопрос Вольфрамыч.

– Сметанин и Рабинович.

– А кто накачивает Папченко?

– Рабинович и Сметанин.

– Они оба – финансируют. А чей человек Повидлов?

– Сметанинский.

– Ну вот. Если мы поможем Повидлову и он победит, завтра он вместе со Сметаниным будет нас шантажировать.

Если мы поможем Папченко, он станет ручным. Потому что Папченко – ничей человек. Общий. Мотя, господин Повидлов должен стать трупом. Политическим.

– Сколько бабла отгрузишь, Андрей Вольфрамыч?

– Столько, столько и еще полстолька.

– Мне нужно, чтобы Папченко исчез из Шайтанска до конца выборов. Ушлите его куда угодно, только смотрите, чтобы не спился вконец. Мне нужны полномочия, как у Саддама Хусейна. И еще столько и полстолька «зеленых», чтобы грузить местные коробки из-под ксерокса.

– Принято. Летишь завтра утром, тебя встретят.

Обратно модного пиарщика Козлова везла кремлевская машина.

– Знаешь, в чем фундаментальное отличие виртуальной стратегии от всякой обычной? – спросил он водителя. – А вот в чем: мы имеем дело не с отдельным сущим, брат, а с проекцией его бытия. Крути по Садовому, – и Матвей принялся терзать свой мобильник.

4

Алексей Баранов терпеть не мог политических убийств.

За них он брал двойной тариф. Потому что – моральный ущерб.

Заказчиков Баранов знал в лицо. Как правило, они являлись попеременно, с интервалом примерно в месяц. Едва успеешь оприходовать гонорар от людей Рабиновича, приходят делегаты от олигарха Сметанина. И так далее – в режиме карусели.

Нынче утром Алексей проснулся на час раньше обычного и понял, что придут сметанинские. Была их очередь.