Пока дремлет Сфинкс, или Ближний свет свободы…

Самопознание, видно, должно к чему-то привести, открыть законы подсознательного творчества (где сливаются все законы мироздания – органики, физики, духовной сферы), перейти на новую, божественную ступень Самопознания, или… разрушиться…

Так Ева вкушает плод под страхом смертного греха…

Так Фауст закладывает душу, за возможность Познания…

Так Художнику страшна не смерть, а невозможность творить…

Тяга к Истине сильнее смерти.

Восхождение или погружение?

В древности искусство было оголеннее, магнитичнее: пещерные символы, магия чисел, движения шамана.

.

Далее – классические маски Греции – символика души.

Реализм старых мастеров в живописи – последняя форма оголенного искусства и магического символизма. Лучшие реалистические полотна старых мастеров сходятся в высшей точке с лучшими оттисками поэтического символизма начала прошлого века, разны лишь средства передачи, да и то едины ритмы, управляющие рукой и модуляцией слога…

С точки зрения магического символизма, сейчас искусство покрылось туманом психологизма – результат подступа разума к подсознательным сферам.

Во мрак подсознания, куда долетают лишь отблески факелов-слов, мы идем на ощупь, описывая свои ощущения… Далее лежит то, что можно выявить только через построение сюжета – через слабый отсвет художественной идеи…

Глубже сознание меркнет. Нас выталкивает поплавками…

Ломка сюжета, его ассоциативные откровения – фактический взрыв слова.

Нас как бы притягивает скрытый от нас мир, его отдаленное дыхание…

Может, в этом движении и есть смысл Искусства, открывающего сознанию новые глубины сокровенного, ведя его, упирающегося и растерянного, сквозь меняющийся чуждый мир, к некоей спасительной Истине…

Дай, Бог, нам не всплыть поплавками или не быть утянутыми в безумие…

Свет мой, зеркальце, скажи…

Проза – это прорвавшая плотины рифм поэзия, абсолютная свобода чувства, разума и воли, выходящая за пределы понятий, туда, где начинается музыка, где разум бессилен перед неизъяснимой, мерцающей жизнью души, где язык замирает, ибо ему не о чем сказать…

И тогда начинается поэзия… Разум меркнет.

Токи чувств, лихорадя, стремясь найти себе выражение, струятся по созвучным коридорам памяти – выносят на бумагу… все те же булыжники понятий, из которых можно вылепить лишь… каменный цветок.