Парадоксы интеллектуального чтива. Книга четвёртая «Сказ про то, что есть Прописная Истина»

Я не стану пересказывать общеизвестные восторги искусствоведов по поводку творческого гения Микеланджело типа: Искусства достигли в нём такого совершенства, какого не найдешь ни у древних, ни у новых людей за многие и многие годы.

Хотя это действительно так!

Меня интересует сам факт переноса примитивного иудейского эпоса – победы их царя над Голиафом в образ прекрасной общечеловеческой мужественности. Флорентийский юноша готовится к бою с превосходящим его по силе врагом. Он спокоен и сосредоточен.

Брови грозно сдвинуты, через его левое плечо перекинута праща, нижний конец которой контролирует его правая рука. Свободная поза героя – классический пример обмана врага. Он уже готов к броску смертоносного камня….

В целом это вдохновенный образ героической борьбы флорентийского народа за свободу над тиранией.

При этом весьма характерна следующая деталь.

На этом месте у палаццо Веккьо «Давид» сменил двухметровую бронзовую группу «Юдифь и Олоферн» работы Донателло.

Не посвященного в содержание библейской книги «Юдифь», сообщаю, что это скульптурное воспроизведение легендарной эпопеи подвига еврейской женщины Юдифь, которая, отчаявшись получить защиту соплеменников от вторгшейся армии ассирийского царя Навуходоносора, решила взять в свои руки освобождение Иудеи.

Проникнув под видом наложницы в лагерь непобедимого ассирийского полководца Олоферна, она, рубит ему голову, чем воодушевляет совсем сникших сограждан и они, воспрянув, громят неверных.

Смысл замены статуй был очевиден жителям Флоренции, поменявших скульптуры местами. Они просто руководствовались здравым смыслом, которого так не хватало церковным заказчикам смещенной фигуры. Тем более что всем была известна, написанная, в 1599 году Караваджо, картина на эту де тему.

Я не привожу её как страшилку для несовершеннолетних. Это реальное бытовое видение злодейства художником. На картине Юдифь, опоившая чем-то Олоферна, измотанного сексом и полностью отключившегося, с помощью служанки, кинжалом, отрезает голову непобедимому полководцу….

Жуть!

Как она потом пронесла эту голову через весь стан ассирийской армии, иудейская легенда умалчивает. Но меня интересует в этом плане достоверность самого духа искусства, что оно в себе несет и что включает.

Недаром каверзную связь искусства и цивилизации известный английский социолог Арнольд Тойнби (1889— 1975), обозначил как «продуктивную напряженность».