Очерки о югославских информбюровцах

Это заседание целиком было посвящено самокритике членов краевого комитета КПЮ по Боснии и Герцеговине, которые думали, что надо было признать часть сталинских обвинений и послать представителей КПЮ на заседание Коминформбюро в Бухарест. Характерно, что как сторонники, так и противники этой идеи делали ритуальные заявления примерно одинакового свойства. Родолюб Чолакович, сторонник: «Я утверждал, что мы не могли бы построить социализма без помощи СССР. Я продолжал настаивать, что русские основополагающи»[38 - Isto.

 – S.254.]. Милован Джилас, противник: «Совершенен ленинизм и Ленин, и Сталин… У нас нет другого пути, кроме как с СССР»[39 - Isto. – S.257.]. При таком идейном настрое дать отпор ЦК ВКП(б) было непросто. Углеша Данилович, член КК КПЮ по Боснии и Герцеговине произнес знаменательные слова: «Я занял позицию по двум вопросам – поездка на Информбюро и, во-вторых, что есть вещи, которые нужно признать. Исходя из того, что Сталин подписал и второе письмо»[40 - Isto. – S.255.]. Настоящую драму выбора обозначил Р.Чолакович: «Если это со стороны ВКП(б) непринципиально, тогда колеблются мои коммунистические взгляды… Пережил моральный слом. Хотел покончить самоубийством»[41 - Isto. – S.254.]. Однако, как показали дальнейшие события, у большинства руководителей КПЮ желание сохранить подвергнувшуюся угрозе независимость оказалось сильнее верности Сталину и СССР. Почему?

Специфика национальной гордости югославов во второй половине 1940-х гг. проявлялась в ее тесной связи с социализмом.

Вожди КПЮ гордились, что для продвижения к социализму, в их понимании этого слова, они сделали больше, чем какая бы то ни была страна мира, кроме СССР. И теперь им заявляли, что это не так. Кстати, поэтому конфликт с СССР быстро приобрел форму спора о путях построения социализма. Хотя это обстоятельство объясняет болезненность реакции югославского руководства на сталинские обвинения, оно далеко не достаточно, потому что остаются факты, в отношении которых оно бессильно. Протокол заседания Политбюро от 1 марта показывает, что уже тогда вожди КПЮ пришли к выводу, что между СССР и Югославией есть расхождения во взглядах на пути развития социализма. Между тем, обвинения ЦК ВКП(б), что КПЮ отступила от единственного верного пути (первое письмо), еще не были выдвинуты. На тот момент основанием для недовольства ЦК КПЮ были только расхождения по внешнеполитическим вопросам, признанные угрозой для независимости.