Предшественники бен Ладена. Книга первая: Они «зажигали»

Однако именно Карамзин открыл её для широкой публики. По словам А. С. Пушкина, «Все, даже светские женщины, бросились читать историю своего отечества, дотоле им неизвестную. Она была для них новым открытием. Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка – Колумбом» (Пушкин А. С.. Полное собрание сочинений: в 6 томах. Москва-Ленинград, издательство «Academia», 1948, т.5).

Политические воззрения Карамзина эволюционировали постепенно, и к концу жизни он стал убеждённым сторонником абсолютной монархии.

*Василий Ключевский (1841 (https://ru.wikipedia.org/wiki/1841_%D0%B3%D0%BE%D0%B4)-1911 (https://ru.wikipedia.org/wiki/1911_%D0%B3%D0%BE%D0%B4)) – русский (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%B8%D0%BC%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B8%D1%8F) историк (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%98%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F), профессор Московского университета, академик. Окончил Пензенскую духовную семинарию, а потом – историко-филологический факультет Московского университета.

Автор более ста научных работ

Ключевский вошёл в историю не только как выдающийся учёный, но и как блестящий лектор, собиравший большие аудитории. Ключевский говорил медленно, отчётливо, чеканно произнося фразы – можно было записывать, не пользуясь стенографией.

*Николай Костомаров (1815—1865) – один из самых авторитетных российских историков, академик, автор многотомного издания «Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей».

Костомаров главное внимание уделял социально-политической и экономической истории России.

ЕРМАК: КАК ВАС ТЕПЕРЬ НАЗЫВАТЬ?

Его называют по-разному: и «покоритель Сибири», и «исследователь», и «русский патриот», и «первопроходец», и « человек, которого можно причислить к людям, совершившим великие географические открытия». Значительно реже встречаются определения «сибирский Кортес», «Строгановский садист» и просто «бандит». Кто же он на самом деле, Ермак Тимофеевич?

Мёртвых героев любят больше

Панегирики в честь Ермака стали сочинять давно.

Он расширил границы Российской империи, а значит, был почитаем при самодержавии. Как и при Сталине – у «отца всех времён и народов» тоже были имперские замашки. Вдобавок ко всему он не жаловал живых героев – они казались конкурентами ему, единственному и неповторимому, потому что покушались на толику славы, а он хотел испить её всю, без остатка и не делить ни с кем.