Под сенью звезд

А потом в течение пары минут, уставившись непонимающим взглядом на кончик своей сигары, слушал сбивчивые объяснения генерала о каких-то неожиданно нагрянувших учениях и спятивших повстанцах из очередного долбанного народного фронта, а соответственно и полной невозможности выделить даже десятка надежных ребят для помощи уважаемому дону Монтаньо.

Даже не дослушав этот бред, наркобарон отключился. Теперь он был обеспокоен всерьез. В центре сознания вспыхнула чудовищная мысль, отразилась от черепной коробки и стальной иглой вонзилась прямо в сердце.

Нервно теребя волосы, он набрал длинный номер.

– Да, дорогой. Что случилось? Ты так поздно, – сонный голос жены целебным бальзамом проник в его ухо и успокоил боль в груди.

– Привет милая, просто хотел поинтересоваться как вы там. С детьми порядок?

– Ах, Игнасио, не стоит так переживать. С детьми все в порядке, они давно спят. Что-то случилось? – в голосе женщины появились настороженные нотки.

– Все отлично, люблю вас. Позвоню завтра.

– Хорошо любимый, но не забывай про разницу во времени. Целую, пока, – она повесила трубку.

Дон Монтаньо несколько раз глубоко затянулся, успокаиваясь. Снова взял трубку спутникового телефона, набрал номер Ибрагима и стал терпеливо ждать.

– Не думаю, что он ответит, – пожилой наркобарон, как и совершенно незнакомый ему человек по имени Давид Лившиц, меньше, чем сутки назад, в последний момент удержался от того, чтобы испуганно вскрикнуть от звука этого голоса.

Колумбиец заставил себя не торопясь раздавить окурок в пепельнице и спокойно поднять глаза.

– Трудно разговаривать по телефону, когда руки и голову разделяет океан, – молодой человек с небесно-голубыми глазами, одетый в элегантный светлый костюм, танцующей походкой подошел к столу и положил перед бароном сверток, который до этого держал двумя руками, словно праздничный торт.

Не позволив себе говорить пошлостей вроде «кто вы такой?» или «как вы смеете?», дон Монтаньо отогнул края плотной бумаги и взглянул на содержимое.

Тошнота мгновенно подступила к самому горлу. Последняя фраза незнакомца не была дурацкой метафорой. На столе дона, бережно упакованная в подарочную розовую бумагу, лежала отрезанная голова его верного подручного Ибрагима. Остальное, очевидно, осталось где-то на Ближнем Востоке, скорее всего, прямо у ворот укрепленного лагеря. Лагеря, воплотившего в жизнь лучшую бизнес-идею кокаинового барона Игнасио Монтаньо.