Кувшин Маслчет – психология от страха боли до совести. Второе издание, исправленное

После прочтения книги читатель вернется и расшифрует их сам – все – по номерам. И каждому он сможет дать имя.

Почему напряжение такого типа у животных и у нас лучше именовать вторичным ощущением? Нам полагается отличать вторичное напряжение от первичных ощущений среды, характеризующих внешние объекты и окружение в целом. Первичные ощущения, если нет вторичного, означают только, что не все они нам не важны.

Однако психологическая наука и ряд ее лучших представителей смогли расшифровать функциональное значение таких напряжений.

В психологии и в нейрофизиологии параллельно возникли еще два результата. Они позволяют вместе с решением Винера дать требуемый ответ о сути напряжений.

2.3.3. От инстинктов к теории условных рефлексов

Животные, а речь пока о них, управляются инстинктами – врожденными механизмами поведения, или при простых движениях, врожденными рефлексами. Так возникли первые теории философов. Идея преобразования ощущения (причины) в поведение (следствие) сформирована в виде модели «простой рефлекторной дуги» Декартом.

«Дуга» – это предтеча модели ассоциаций и теории условных рефлексов – мощного направления в психологии и физиологии.

Если мы привыкли обедать по времени, то у нас аппетит появляется к назначенному времени. И когда Иван Петрович Павлов заметил, что слюноотделение у собак начинается при слышимых ею шагах служителя, идущего с пищей в руках для кормления, ученый стал экспериментировать с другими искусственными сигналами.

Так возникла теория «условных рефлексов». К безусловному рефлексу выделения слюны после подачи пищи – рефлексу «пища – слюна» (подготавливающему организм к приему пищи) можно добавить новый предваряющий по времени сигнал, например звонок. Он позволит повторить рефлекс выделения слюны вместе с пищей (звонок-пища-слюна). А позже – после повторов обучения собаки – рефлекс возникнет по звонку и без пищи в составе «звонок-слюна». Новый укороченный «условный рефлекс» организма Павлов понимал как нечто «поведенческое».

Все казалось просто.

Однако начались сложности. То, что животные умирают без еды и воды, как-то не заставляло обращать внимание, поскольку подопытных животных кормили и без опытов. А вот обучение искусственным связям новых сигналов со старым поведением, например, подмена одного аргумента (пищи) и причины другими – звонками, вспышками света и др. – формальными или произвольными, казалось обещающим открытием.