Не мой хэллоуин

Многие в недоумении озирались на своих местах по сторонам, словно ища поддержки. Стюардесса ничего больше не говорила по внутренней связи.

«Отче наш, иже еси на небесех, да святится имя твое, да прибудет царствие твое…»

Самолёт неожиданно перебросило влево, и она уже чувствовала, что они не снижаются – они несутся к земле, до которой было не более двухсот метров. Её вжало в кресло, и стало трудно дышать, сердце заколотилось так, словно выскочит вот-вот из груди. Вокруг послышались первые крики запаниковавших пассажиров – скорее, они напоминали стоны.

«… яко же и мы отпускаем должником нашим…»

И – бац! – всё, тишина.

Мрак.

Сколько он длился – она не могла сказать ни тогда, ни после. Время там не имеет значения.

Вдруг – яркий свет. В нем какие-то полупрозрачные тени. Отзвук голосов:

– Никита, что это было?

– Обледенение, командир. Мы же не обработали судно перед вылетом.

– Выщло дороже, кажется.

Тени плавно удалились. Или растаяли, она не поняла до конца. Мимо неё, по направлению вверх, проплыла ещё одна, озираясь. Жанна спросила:

– Где мы?

Женский голос ей ответил:

– Летим. Я лечу. А вы?

Жанна не успела подумать. Она вдруг ясно различила черноволосую стюардессу – та ведь должна была знать, что происходит? Она прокричала свой вопрос в её сторону.

– Мы просто подменяем Димку в этом рейсе.

Свет погас. Снова полный мрак.

И вот она сидит в снегу. Холода не ощущает. Снег ли это, вообще? Да ещё в разорванных колготках. Вот же…! По дороге из аэропорта придётся заезжать куда-нибудь, покупать что-то на замену – парни её прикончат за такой крюк!

Она повернула голову и увидела то, что недавно было их самолётом: разломленный остов и куча обломков вокруг. Ей показалось, что она видит тот иллюминатор, в который секундами ранее вглядывалась в стремительно приближавшейся к ним землю.

– Что происходит?

В метре от себя она вдруг заметила неподвижную копну рыжих волос. Когда-то рыжих. Сейчас они были сплошь в крови. Это лежала та стюардесса, которая не дала ей поменять место. Не позволила пересесть ей ближе к кабине пилотов.

Жанна снова глянула на развалины – кабины пилотов, как таковой, и не было вовсе.