Дисгардиум 12. Единство-2

Как он мог бояться своего отца-неудачника? Или никчемных братьев? Дядек-алкоголиков? Тьфу!

Дворфийка с грохотом поставила перед ним кружку пенного эля на две пинты, пролив часть на стол, и фыркнула:

– Двадцать серебряков!

Дестур, до того плативший ровно столько, сколько требовали, с достоинством вытащил из толстого кошеля золотой и сказал:

– Сдачи не надо!

Дал бы больше и до этого, но стеснялся, да и экономил, денег и так негусто. Но сейчас стеснение уступало место чему-то новому, веселому, куражному, залихватскому.

Дестур даже подмигнул Ярлиане, оценивающе оглядел ее колоссальную грудь, почти не скрываемую блузкой. Официантка снова фыркнула, закинула монету в передник и отвалила.

Исчезнув из поля зрения, она, видимо, дала знать кому надо, что мальчик при деньгах, потому что стоило Дестуру отпить глоток-другой, как перед ним уже сидел дерганый малый с насмешливым взглядом. Поозиравшись, парень горячо зашептал, глотая слоги:

– Господин желает развлечься? Не надо далеко ходить, на втором этаже есть роскошные апартаменты.

Девочки на любой вкус – люди, эльфийки, гномочки, феечки, есть очаровательная юная дриада…

– Господин не желает, – робко отмахнулся Дестур, терявший сознание от одной мысли о голой женщине рядом.

– Господин предпочитает мальчиков?

– Не желаю я никаких мальчиков! – оскорбился Дестур.

– Как насчет темных рас? Есть юные орчихи и вампиры, а если доплатите, закажем девушку-оборотня, получите, ха-ха, два в одном!

– Нет!

– Так в чем же дело? – Кто-то обнял его сзади, провел языком по шее, отчего по телу побежали мурашки, а между ног шевельнулся давно и решительно готовый потерять девственность орган.

Вот почему у этой таверны сомнительная репутация – здесь полно шлюх. Назойливых, грязных, бесстыдных… и таких возбуждающих.

– Да он целка! – хохотнул дерганый.

– Может, он монах при храме Нергала? – предположила шлюха, продолжавшая щекотать шею Дестура горячим язычком. – Храм разрушен, и монашек выбрался познать жизнь вне взора Лучезарного, а? Ответь, сладкий…

Дестура пробрала дрожь, ноги ослабели.

От женщины, крепко прижавшейся к его спине, пахло так волнительно, соблазнительно, что… Ну где же ты, истинная сущность? Помоги, направь, посоветуй…

Истинная сущность вернулась в него, когда рука соблазнительницы юркнула ему под ремень, пробралась в штаны и начала наглаживать там, куда Дестур уже лет десять не подпускал ни одну нянечку.