#Случаи_из_жизней

В добрый путь, доченька! В добрый путь! В моем сердце навсегда останется место для тебя, моей радости, моей роднулечки, моей кровиночки! И я не устану благодарить Бога за то, что ты появилась в моей жизни и просить Его о твоём благополучии!

Пять дней, пять дней … это много или мало?

Или пятидневка – это польза или преступление?

«Длинные казенные ночи я проводила на холодной детсадовской койке, представляя звёздное небо над собой вместо облупленного потолка. Я смотрела на это небо и представляла, что где-то там, далеко-далеко есть мой дом… дом, где меня любят и ждут… дом, из которого бы меня никогда ни за что не прогнали, не оставили в чужом месте с чужими людьми.

Где умеют позаботиться и поддержать, выслушать и обнять, сказать доброе слово и никогда-никогда не обманут. Днем я писала письма домой, демонстрируя другим брошенкам свое преимущество. Писать я, конечно, тогда не умела, но бойкие каракули, выстреливающие из-под моего карандаша, очень походили на взрослую прописную речь, и другая малышня с придыханием смотрела как я строчу длинные письма, которые обязательно прочитает мама. По просьбам некоторых детей я писала письма и их мамам тоже. Потом мы запечатывали эти письма треугольничком и передавали воспитательнице, чтобы она послала их по почте и отправлялись ждать ответа.  Так мы становились капельку счастливее…»

Впереди планеты всей или сам-сам, все сам!

Валентин был хорошим специалистом.

И не только потому, что он сам себя таковым считал. Это признавали и руководители, и заказчики, и даже люди далекие от его профессии. Все-то у Валентина ладилось, все-то спорилось, да только его собственное ощущение все чаще склонялось к полюсу недовольства. Спектр возможностей его расширялся, перечень дел увеличивался, а вот часов в сутках не прибавлялось. Чтобы выполнять стремительно растущие объёмы, приходилось задерживаться на работе допоздна, принести в жертву одно за другим все увлечения, потом занятия спортом. Существенно сократилось время сна, выходных, перерыва на обед. Но, несмотря на все лишения, Валентин все же не мог нагнать растущие обороты валящихся дел. Он не мог позволить себе перепоручить даже часть набирающего обороты потока никому. Ведь он не мог быть уверен, что это будет достаточно квалифицированный специалист, хотя бы приближенно такой, как он сам. А значит, справиться может только  он один.