По следам слухов о музыкальном проекте «А. НЕМЕЦЪ». Том 1. Книга 8 «Черта» – шедевр лагерной классики

Моя позиция была ближней к выходу, чтобы я мог беспрепятственно подносить с улицы раствор и плитку в случае необходимости. Когда опытнейший наш бригадир (а навык не только работы каменщика, или плиточника, но и опыт экономии стройматериалов у него был огромный, он запросто мог пропустить рядов пять кирпича при возведении многоэтажного здания, так чтобы никто в приёмной комиссии при сдаче объекта ничего такого даже и не заподозрил бы), и в этот раз, решив не расходовать зря по низу три ряда цветной плитки, а ограничиться двумя, досыпав на пол щебёнки, а лишний ряд тихо реквизировав на собственные нужды, дал команду быстро натаскать щебёнки и залить пол новым тонким слоем бетона, Валерка оглянулся на меня и неожиданно вдруг, прикрикнул:

«Эй! Ну, чего стоишь?! Бегом тащи щебёнку!»

«Что значит „эй“, и что значит „бегом тащи“? – удивлённо возмутился я, – Если тебе надо бегом, ты и беги! Тоже мне, командир нашёлся! „Эй“… „Бегом“… Ты чего, „в жопу дембель“ что ли?»

По сути, конечно же, согласно всем формальным и не формальным штатным раскладам, разнорабочим здесь был только я, но, в то же время, отдуваться одному за всех, при осуществлении выходящих за рамки проекта небольших поправок, мастерски вносимых в него в своих личных стяжательских интересах бригадиром, а тем более ещё и подчиняться при этом какому-то чересчур нагло ведущему себя Валерке, никакого желания у меня не было.

Он выпрямился в полный рост, и теперь уже не совсем уверенно бормоча «А ты чего… А ты чего… А ты чего…», тем не менее, медленно двинулся на меня.

«Да ничего!» – не сходя с места, с той же напористостью ответил я, готовый к любому развороту событий.

Он приблизился ко мне вплотную, и не останавливаясь, без каких-либо усилий, грудью начал плавно теснить меня из тесного коридорчика к выходу, и я понял, что на поприще передвижения друг друга грудью с места на место, вряд ли смогу с ним потягаться всерьёз. Но решимость противостоять ему до конца, не позволяла мне прекратить хоть какое-то сопротивление, и неудержимо отодвигаемый им назад, я ждал только, когда он попробует дополнительно подтолкнуть меня, или взяться за мою рабочую куртку своими всё ещё неподвижно опущенными вниз руками.

Тогда мне сразу пришлось бы пустить в ход кулаки, с единственной целью, завалить его серией ударов в челюсть, в переносицу и в солнечное сплетение или в печень, раньше, чем он успеет одним ударом сделать то же самое со мною. Очевидно, почувствовав реальную угрозу, Валерка остановился.