Критический анализ системы Станиславского. Сборник статей

Противоречивость между различными положениями может разрешаться исследователем лишь когда он в письменном тексте делает их для себя объектом и, смотря на них со стороны, устраняет имеющиеся противоречия. Это и есть работа по построению теории. Станиславский такую работу игнорировал. Письменные работы у него есть, но основные положения его «системы» там лишь перечисляются и разъясняются, но не сопоставляются.

?

Наличие аффективной памяти утверждали лишь три автора, вошедшие в историю психологии: Рибо, Спенсер и Блонский.

С основными выводами Рибо мы утверждения Станиславского уже сравнивали, теперь сравним их с выводами Спенсера и Блонского, а также затронем работы и других авторов.

Один из самых важных вопросов относительно аффективной памяти – это вопрос механизма воспроизведения забытых чувств. У Станиславского данный механизм выглядит совсем просто: забытое чувство находится в некоем хранилище, где его и нужно отыскать:

«Знаете ли вы, что такое эмоциональная память? Представьте себе много домов, в домах большое количество комнат, в них бесчисленное количество шкафов, ящиков с множеством коробок, коробочек… То же и в архиве нашей памяти.

И в ней есть свои шкафы, ящики, коробки и коробочки» [13, с. 286].

Судя по работе Блонского, подобное представление об эмоциональной памяти встречалось часто в психологической литературе того времени (Блонский против такого представления возражает), и Станиславский, скорее всего, оттуда его и позаимствовал. Сам же Блонский механизм воспроизведения чувств представляет таким образом:

«Возбуждённое чувство (или) эмоция длится некоторое время, иногда очень продолжительное (в ослабленной хронической форме), но чаще всего сравнительно непродолжительное, постепенно слабея, пока вовсе не утихнет.

В последнем случае его уже нет, и ни в каком вместилище – настоящем или метафорическом, материальном или духовном – оно не находится. Но соответствующая нервная организация, результатом деятельности которой было данное чувство (или) эмоция, подвергшись очень сильному возбуждению, может стать после этого более возбудимой, т. е. способной возбуждаться более слабыми стимулами подобного рода» [1, с. 53].

Мысли Г. Спенсера в этом смысле схожи: он хоть и не задаётся напрямую данным вопросом, однако в ходе рассуждений постоянно говорит о необходимости повторения нервной организации для оживления чувствований[2 - См. Г. Спенсер «Основания психологи» Ч. 2, гл. 5.]. Касается данного вопроса и Д. Н.