В учениках у реальности

А другая посложней – как-то повысить значимость, ценность образования в жизни каждого человека. И сто лет назад они выбрали образование.

Тут-то и начинается другая история. Я обрисую её очень грубо, как понял и увидел. Основы, объяснили мне, остались с того времени. Вот одна идея столетней давности. Фермеру нужно новое знание, а чтобы его иметь, надо исследовать; а чтобы появились люди, которые это умеют, им тоже нужно образование. Сто лет назад они и придумали этот треугольник, внутри которого фермер, а в вершинах – «исследование», «образование» и «консультации».

На это, пояснили мне, уходит половина бюджета министерства сельского хозяйства. И совет по инновациям, который есть в каждой сельскохозяйственной школе, – тоже идея столетней давности.

Я поинтересовался: а как вы всё это реализовывали? О'кей, сказали мне, только не переносите один к одному. А мы вообще, похоже, не собираемся, ответил я.

Мне показали диаграмму. Лет за сорок до начала XX века они проводили всеобщее начальное обучение плюс зимнее – фермерские кооперативы открыли зимние курсы для взрослых.

Приблизительно с 1910 г. начали обучать учителей сельскохозяйственных школ. В год нашего «великого перелома», 1929-й, ввели в сельской местности восьмиклассное обучение, включая два года в профессиональных школах. К школам для взрослых прибавились классы для детей.

После Второй Мировой общее образование подняли до шестнадцати лет, и на этой основе начал разматываться клубок профессионального – младшие сельскохозяйственные, средние, высшие.

Двадцать фермерских журналов, шестьдесят типов разных курсов. Исследовательские центры, информация, консультации…

«Ну, поехали?» – говорит по-русски инспектор департамента Паул Энгелькамп. На самом деле он по-русски не говорит, запомнил несколько фраз и время от времени нас пугает. Сидим в машине, размышляем с коллегой о российских реалиях, и вдруг молчащий за рулём Паул заявляет: «Я всё понимаю, что вы говорите». Мы вздрагиваем. Но это шутка, ничего он не понимает.

Правда, и мы мало что понимаем в этом голландском мире. Он круглый, как сыр. Плоский – без возвышенностей. В нём всё искусственное. Скоростные автотрассы отгорожены от селений, ветряных мельниц антишумовыми стенами. «Вторая природа», цивилизация сидит как бы внутри первой. Тоннели, прорытые под каналами, системы насосов, дамб сделали людей независимыми от стихии. Вся их жизнь держится на цивилизации, на технологиях, очень высоких, качественных, надёжных.