Узоры на пепелище…

Тихое, едва ли уловимое "Прости" – на ухо, оставаясь ощутимое на коже, секунду, перед острой болью.

За окном лил ливень, а на небе разразилась громыхающая молния, освещая тёмную комнату ярким светом. Я сидела на кровати, поджав ноги к груди. Моя рука сжимала шею, дыхание с биением сердца были настолько быстрыми, что лёгкие готовы были лопнуть, а сердце остановиться, не в силах больше стучать.

Ночной кошмар снова ворвался в мою жизнь, напоминая страшные события. Человек без сердца был моим кошмаром, жутким, страшным, настоящим.

"Он даже не дрогнул" – снова повторяла я себе, все ещё спустя годы, удивляясь безразличию.

"Ты должна умереть", – звучал металлический голос с все той же холодной интонацией, отреченного чужого человека. Ни дыхание, ни голос его не дрогнули, а рука повела металлом по нежной коже, так уверенно, что не оставалось сомнений.

"Я больше никогда не причиню тебе боли "Сanim".

Слова унёс ветер, порывами, сильными, легко подхватывая пустые, лживые фразы, размывая их океанами безразличия, смешивая с горячими, но солёными как соль слезами.

Около трех лет назад.

Я сидела на стуле в заброшенном огромном помещении с серыми стенами, пропахшими сыростью. Мои руки были связаны за спиной, а во рту находилась тряпка, связанная на затылке в узел. Я ощущала холодный пот, стекающий по лбу, перемешиваясь с каплями крови струящейся из разбитой брови. Тело покрывали багровые синяки, которые я вряд-ли тогда ощущала.

Губа припухла, отдавая металлический привкус во рту, а голова обессилено повисла вниз. Дыхание было медленное, но глубокое, болезненно отдаваясь под рёбрами. В глазах двоилось, иногда погружая меня во тьму, но резкие шлепки по щекам и ледяная вода приводили в чувства.

– Ты все ещё не вспомнила милочка, что он тебе сказал?

Прозвучал голос одного из мужчин в кожаной чёрной куртке находящихся в помещении.

Он улыбался, сверкая золотой улыбкой, продолжая хлопать по изнывающим щекам, вынув кляп у меня изо рта.

Сзади стояло ещё двое мужчин, перебирающих что-то в больших синих сумках, выкладывая на стол. Они смеялись между собой, смеялись надо мной, выпаливая плоские шуточки, омерзительные, жестокие.

Знала ли что им от меня нужно? Нет. Я была случайно замешана или была пешкой, но это не делало меня полезной для них.