Черно-белая моя граница. Сборник статей

Меня, русского офицера с погонами подполковника (место службы – центр спецназа), пристав обвинил… в распространении неких листовок!

Как не вспомнить о русских партизанах, в условиях оккупации расклеивающих листовки с призывом очистить Родину от фашистов?!

Когда я спросил, в каком именно преступлении или правонарушении обвиняют, и попросил назвать конкретные статьи Уголовного Кодекса РФ (либо КоАП РФ), пристав ничего ответить не смог. Вместо этого сказал, что узрел на видеосъемке, как я подходил к некоему человеку, сидевшему в коридоре, и передал ему некую бумагу.

Правда, ничего мне не смогли пояснить, под какую именно статью УК РФ или КоАП РФ законодательство подводит это самое «распространение листовки». И самое главное – причем здесь судебные приставы.

Видимо, приставу крайне не понравились мои вопросы, и он грубо потребовал следовать в некий кабинет: «Для дачи показаний».

Поведение пристава показалось мне неадекватным, грубо нарушающим закон. Но слова пристава все мне разъяснили. Оказывается, приставы уж год как злятся на меня за статью на ФОРУМе. мск – о том, как они грубо нарушают закон и тотально проверяют вещи любого, заходящего в общественное здание. Там же, на ФОРУМе. мск, приставам не понравилась статья о том, как мировая судья Ж. Романова судила мертвую женщину…

Что, приставы устроили мне провокацию, чтобы отомстить за статью? И для этого положили на стол некую статью, обозвав ее «листовкой» (якобы я ее принес)? Ну а если я откажусь выполнять какое-либо незаконное требование приставов, тут-то они и вызовут полицию.

А может быть, приставам наказали так действовать их старшие товарищи из Москвы? Ведь именно столичные приставы 4 года ничего не делают для исполнения решения суда, обязавшего должника-директора ФСБ предоставить мне (и ребенку-инвалиду) жилье.

…Но приставы не учли, что со мной в суде находился опытный адвокат. Вместе мы проследовали в некий кабинет. Где адвокат тщетно пытался разъяснить этим товарищам, что действия их абсолютно незаконны. Что любого военнослужащего, которого они заподозрят в чем-то, они должны направить в военную комендатуру, а не насылать на него полицию.