Преступления без наказания

За окном ещё стояла кромешная тьма, значит, проводник – а это был он – оказался в купе явно не для того, чтобы разбудить Андрея к завтраку. Лицо проводника выражало смесь виноватости и растерянности. Позади него, в двери купе, стоял огромный «шкаф» в военной форме. По большой звезде на погонах Андрей понял, что это генерал, но каких войск – не разглядел.

– Вы нас извините, – суетился проводник. – Товарищ генерал вынужден разделить с вами СВ.

Почему здесь всё ещё «товарищ» и генерал был «вынужден», Андрей понял чуть позже.

Чертыхаться, качать права, разбираясь с проводником, было бесполезно. В России, где нет ничего невозможного, действительно можно было всё, и максимум, что он мог сделать позже, – это пожаловаться тому самоуверенному министру, который обещал ему полное одиночество.

Андрей быстро собрал лежащие на второй полке диски и книги и, не вступая в разговор, молча лёг на свою. Он был раздражён наглостью проводника, который прервал его сон. Генерал громко вещал проводнику, что ему нужно принести, и, наконец, дверь купе со щелчком захлопнулась.

Андрей лежал лицом к стене и слышал, как генерал шуршал бумагой, наверное, доставая продукты.

После того как Андрея разбудили, поезд стоял не больше минуты, и что это была за остановка, Андрей не знал. За окном светились 2–3 фонаря – явно какой-то небольшой полустанок. Он вспомнил слова проводника при отправлении из Хабаровска, что следующая остановка будет только к завтраку. Значит, это не плановая остановка.

Потом он узнал, что поезд остановился здесь именно ради генерала, а полустанок находился недалеко от ракетной базы.

Прерванный сон не возвращался. Через некоторое время вновь открылась дверь, нарушая ночную тишину, и в купе вошёл проводник с подносом. Ресторан уже был закрыт, но, как вы помните, в России нет ничего невозможного. Андрей повернулся на другой бок, чтобы видеть происходящее. На подносе была закуска, которую вряд ли мог затребовать обычный пассажир. Андрей с любопытством разглядывал, как подобострастно проводник освобождал столик и пытался уместить принесённое на его крошечной поверхности.

Такое поведение проводника было бы типичным до развала СССР, когда звезда генерала да ещё звезда Героя много значили, но и военные и герои потеряли свою значимость после 1991-го, если их имена не были связаны с власть предержащими.

«Значит, большая шишка», – подумал Андрей и после ухода проводника вновь попытался уснуть.