Куклолов

Мне показалось, на её щеках проступил румянец. Я усмехнулся и аккуратно закрыл чемодан. На миг захотелось взять куклу в руки; впрочем, не только Изольду, их всех: все эти крохотные оборки, пряжки и башмаки, выверенные лица, нарядные подробные одёжки, трепетавшие на сквозняке волосы… Но не грязными же пальцами, не пыльными ладонями, трогавшими невесть что в столовой, библиотеке, банке, было их касаться!

И да. Эта, космическая, Изольда не имела ничего общего с той, что я видел у отца раньше. Оригинал и подделка.

Сверкающий бриллиант против стекляшки. Я уже не испытывал к этой кукле прежней ненависти; скорее, она казалась больным, но очень красивым зверьком – что-то внутри требовало помочь ему, укрыть и спрятать. Беря такого зверька в руки, ощущаешь брезгливость и нежность.

Я накинул на чемодан покрывало и метнулся в сторону кухни. Наверное, где-то должен быть душ, но разыскивать его не хотелось. Хотелось поскорее вымыть руки, лицо, смыть с себя эти улицы, эти стихи, эти кодовые слова.

Впрочем, стихи – незачем. Стихи, наоборот, хороши…

Ополоснув лицо под краном жестяной кухонной мойки, я вернулся в комнату. Её неухоженность, пустота, бардачность резанули по глазам. Не скажу, что я сильный чистюля, но нашу квартиру мама всегда держала в порядке. А здесь… Необжитость накладывалась на устроенный мной хаос, и это казалось не просто неправильным – невозможным. Я представил себя на месте Изольды: притащили в какую-то дыру, в какой-то колодец за решёткой… Поморщился.

Аккуратно переставил чемодан на стол, заправил кровать, вернул чемодан на место. Достал влажные салфетки и тщательно протёр пыль – подоконник, столешницу, спинку стула, тумбочку, ручки шкафа и двери. Салфеток ушла целая пачка, но стало ощутимо лучше.

Раскрыл окно, чтоб проветрить. Попытался сообразить, смогу ли вымыть пол. Смогу-то, конечно, смогу, но ни ведра, ни тряпки… Всё-таки нужно найти здесь какую-то каморку, хозяйственную подсобку. Кажется, вчера я видел уборщицу в синем халате – должна же она где-то хранить свои швабры.

Я запер дверь и отправился на поиски. По коридорам гулял весёлый матерок, из кухни несло подгоревшим мясом. Отметив, что мне по-прежнему не особо хочется есть, я обнаружил, что мужской душ расположился прямо напротив моей комнаты: узкое, влажное помещение, отделанное розовым кафелем. Пахло, к счастью, приемлемо. Я толкнул скромную боковую дверь – она не поддалась, но трухляво всхлипнула.