Непринуждение

Пока этого не произойдет – не будет того, что можно обозначить, как консолидация совместных сил власти и народа, или не будет того самого единения, которого так хотят добиться некоторые представители настоящей власти, по-своему уже уставшей от нас самих, своих собственных амбиций и прилагаемых ко всему усилий.

Нельзя безропотно подчиняться власти и, в то же время, нельзя не прислушиваться к ней и исполнять ею указанное, ибо все же она избирается именно для того и ничего более.

Если вы хоть как-то пытаетесь, так сказать, сблизиться с каким-либо чиновником, представляющим ту самую власть, то непременно должны заранее своеобразно войти в его положение, или представить именно себя на его месте, и попытаться мысленно выполнить все те задачи и поручения, что мы же в общем своем числе, или кто-то там выше по самой власти, ему же и обозначил.

Только так, и никак, не иначе, можно действительно вести хоть какой-нибудь разговор, предварительно согласовав его между собой.

Все это я говорю сейчас лишь для того, чтобы все прекрасно понимали, что нельзя принимать сторону всегда одного, ибо всегда есть кое-какая правда и со стороны другого.

Современная власть вовсе не пытается как-то ускользнуть от этого и уже, можно сказать, настроена по-современному к построению выше указанного диалога.

Но, готов ли сам народ к такому разговору, и способен ли он в своем общем, или выдвинутом для подобных переговоров числе, осуществить указанное и конкретно сформировать все свои требования, причем учитывая при этом саму реальность их исполнения?

Отвечая на этот, совсем не беспричинно поставленный вопрос, сразу можно сказать, что нет, или не готов.

Тому подтверждение поведение самого народа и его слабое участие в деле определения своей собственной судьбы.

Какое бы решение власти не предпринималось в наши дни – оно все время замалчивалось среди масс того же народа.

Ибо, как говорят и говорили некоторые из нас же, моя хата с краю, и я ничего не знаю.

То есть, фактически каждый из нас отвергает какое-либо лично свое явное участие в так называемом общем построении мнения и никак не реагирует на какое-либо нововведение, разве, что в душе, или в обычном кругу семьи.

Это говорит о том, что в нашей стране не наблюдается массовости выражаемого протеста, и именно это дает повод самой власти думать о том, что большинство людей, так или иначе, но согласны с ее же решениями, внедряемыми в жизнь.