Нижнебург. Облачная Фабрика

– Откуда тогда у вас эти пилюли, если золота в стране нет?

– Мы их получаем… – Катрина замялась, – просто получаем. Просто. Это не важно.

Катрина сделала вид, что увлечена едой в тарелке. Майя всё равно не стала глотать пилюли сомнительного происхождения. Незаметно она сунула свою в карман.

«Сколько же живёт Губернатор… если он глотает столько золотых пилюль? – подумала Майя»

– Ты что-то сказала? – уточнила Катрина.

– Нет, ничего.

Майя чувствовала, как за ней пристально наблюдают. Она оторвала глаза от тарелки, обвела взглядом всю столовую и подняла глаза вверх.

На тяжелой деревянной балке, которая подпирала потолок, лежала на животе девушка.

На вид ей нельзя было дать и двадцати. По черному простому платью до колен и торчащему белому фартуку, Майя догадалась, что это была одна из дрессировщиц пыли. Её платиновые волосы были острижены коротким ёжиком, карие глаза сливались с черными зрачками. У неё были очень широкие плечи, которые она сутулила, невольно стараясь их уменьшить.

Она безо всякого стеснения впилась глазами в Майю. На лбу её образовалась недовольная тоненькая складка.

Дрессировщица пыли оценивающе смотрела на Майю как на бракованный товар, пришедший по почте. Она была недовольна увиденным и с каждой минутой всё больше и больше разочаровывалась.

Осознав, что её заметили, девушка скрылась в тени потолка, там куда не доставал свет кованных люстр. Казалось, что дрессировщица пыли мерцала: она то растворялась в темноте, то четко проявлялась.

В руках она сжимала маленький пульт, а на поясе её крепился крепкий трос. Майя только открыла рот, как девушка быстро нажала на кнопку и трос утянул её в темноту потолка, будто гимнастку на цирковой арене. Она бросила Майе на прощанье что-то маленькое, напоминавшее формой монетку.

«Монетка» пару раз перекувырнулась в воздухе и приземлилась прямо на подол клетчатого сарафана Майи, затерявшись в складках. Девочка нащупала упавший предмет и попыталась его рассмотреть в изумрудно-синем свете керосиновых ламп.

Это была выпуклая деревянная пуговица ручной работы, покрытая латунной краской, с изображением театральной маски. Такие пуговицы Майя видела только у одного человека в своей жизни…

Майя всё больше и больше убеждалась в том, что её бабушка вела многоходовую игру, которую ей ещё предстояло разгадать.

Новые люди в жизни Майи на этом не закончились. После ужина Майе предстояло пройти особый ритуал-посвящение в обитателей дома.